Судебный контроль и его роль в охране прав и свобод граждан

§ 3. Судебная власть, судебный контроль и правовая защита прав и свобод граждан и юридических лиц

В данном параграфе будут рассмотрены следующие вопросы: 1) сущность современной судебной власти, ее функции и структура; 2) судебный контроль; 3) защита прав и свобод граждан и юридических лиц.

Б. А. Кистяковский критиковал своего современника А. М. Кулишера — автора исследования «Защита субъективных публичных прав посредством иска» — за одностороннее истолкование им роли административной юстиции, признав ее исключительной задачей восстановление субъективного права, хотя он и отметил особо значение именно искового принципа как двигателя административной юстиции. По мнению Б. А. Кистяковского, при помощи административной юстиции «в первую очередь должна производиться проверка, соответствует ли обжалованный административный акт нормам действующего объективного права. Следовательно, утверждение и поддержание авторитета норм объективного права является задачей административной юстиции не в меньшей степени, чем восстановление субъективных прав». Б. А. Кистяковский неоднократно подчеркивает в своей работе, что природа административных задач такова, что обусловливает «известный простор для решения возникающих вопросов в одну или другую сторону, а в таком случае могут возникать сомнения относительно соответствия принятых решений действующему праву». Автор делает вывод, что судебная проверка актов административной власти вводится в правовых государствах для «устранения любых сомнений и для строгого согласования всех актов административной власти с действующим правом», и что она производится по жалобе заинтересованного лица и может вести как к «отмене акта, не соответствующего нормам объективного права, так и к восстановлению нарушенного субъективного права».

Судебным контролем можно считать осуществление контрольной функции государства при применении судебной власти в рамках особой судебно-процессуальной формы. Судебный контроль осуществляется судами (конституционными (уставными), I судами общей и арбитражной юрисдикции) с целью охраны конституционного строя страны, прав и свобод человека и гражданина, обеспечения режима законности в целях восстановления и охраны прав и законных интересов человека и всего гражданского общества. Судебный контроль всегда осуществляется в той или иной форме правосудия (правосудие по делам, возникающим из административно-правовых отношений). Поэтому при соотношении понятий судебного контроля и правосудия первичным является понятие правосудия. Осуществление правосудия по делам, возникающим из административно-правовых отношений, должно происходить при обязательном соблюдении конституционных принципов организации и функционирования правосудия (например, принцип состязательности, равноправия сторон, открытое разбирательство дела, независимость и неприкосновенность судей). В литературе в качестве функций судебного контроля рассматриваются функции социальной превенции, правоохраны, корректировки, регулирования, информирования.

Судебный контроль над нормотворчеством начинается в России при рассмотрении судьей (судом) юридического спора (дела). Главным (но не единственным) принципом, которым должен при этом руководствоваться судья, является принятие решения на основе норм конкретного закона, регламентирующего соответствующие отношения. Однако при принятии решения часто необходимо устанавливать иерархию (подчиненность) нормативных правовых актов, которые могут быть использованы при рассмотрении конкретного дела (спора). Если судья устанавливает, что подлежащий в данном случае применению законодательный акт противоречит нормам Конституции РФ или закону, имеющему более высокую юридическую силу, то решение суда основывается на положениях нормативного акта, обладающего большей юридической силой.

Административная юстиция — это одна из форм осуществления судебного надзора за публичным управлением, в рамках которого судом проверяется законность совершенных административных действий и принятых органами управления административных актов (правовых актов управления), принимаются меры по восстановлению нарушенных прав и законных интересов, привлекаются к ответственности лица, виновные в нарушениях закона. Решением суда административный акт может быть полностью отменен либо частично изменен. В отличие от судебного надзора (контроля в более узком его смысле) органы управления, осуществляя контрольную деятельность, оценивают не только законность издания и исполнения правового акта управления, но и его целесообразность и эффективность.

Традиционно в литературе рассматриваются два вида нормоконтроля: абстрактный и конкретный. Абстрактный нормоконтроль заключается в проверке законности правовых актов независимо от того, применяются ли эти акты в конкретном деле, нарушаются ли спорным нормативным актом конкретные права конкретного лица. Абстрактный (или непосредственный) судебный контроль в сфере публичного управления осуществляется судом при рассмотрении гражданского дела по правилам гражданско-процессуального или арбитражно-процессуального законодательства в результате подачи жалобы лицом или по протесту прокурора о незаконности действий органов исполнительной власти, о несоответствии федеральному закону административного акта. Результатом абстрактного (непосредственного) нормоконтроля может стать утрата юридической силы конкретного правового акта.

Осуществляемый судом конкретный нормоконтроль заключается в том, что суд, установив несоответствие нормативного акта закону и нарушения им субъективных прав и интересов конкретного лица, принимает решение о признании данного акта недействующим (незаконным). Конкретный (или косвенный) судебный» контроль применяется при рассмотрении судами различных гражданских, уголовных или административных дел. В данном случае выяснение вопроса о законности тех или иных административных действий и правовых актов управления является второстепенной задачей (что не умаляет ее значимости и обязательности) по отношению к главной задаче судебного разбирательства. Факты нарушения законности при принятии административных актов могут быть отражены судом (судьей) в частном определении, в судебном решении или в постановлении о направлении дела на дополнительное расследование. Такой вид судебного контроля за нормативными правовыми актами в литературе называется «опосредованным контролем», т. е. при разрешении конкретных дел суд принимает решение на основании установленной Конституцией иерархической соподчиненности нормативных правовых актов в случае выявления, что подлежащий применению закон или иной нормативный акт не соответствует Конституции РФ или общепризнанным принципам и нормам международного права либо конкретный нормативный акт не соответствует нормативному акту более высокого уровня (более высокой юридической силы и значимости для правоприменительной практики).

Встречается мнение о необходимости разработки федерального закона, который, во-первых, определил бы понятия абстрактного и конкретного нормоконтроля, а во-вторых, установил бы процедуру осуществления нормоконтроля судами общей юрисдикции, отграничивая их полномочия от компетенции Конституционного Суда РФ, и регулировал порядок принятия решений по данной категории дел, а также их исполнение. В рамках обсуждения этой проблемы ставится также вопрос о введении нового для российского права института — жалобы в общих интересах, т. е. жалобы, направленной в защиту не собственных субъективных прав, а прав и интересов других лиц, т. е. неограниченного круга субъектов права; в этом случае каждый гражданин будет иметь право оспаривать неограниченное количество нормативных правовых актов. Следует отметить, что во многих странах жалоба в защиту «чужих» прав и интересов запрещена.

С практической точки зрения, очень важно, чтобы признанный судом недействующим (незаконным) нормативный правовой акт был действительно отменен или изменен принявшим его органом публичного управления и должностным лицом. Однако «недействующий» акт управления может очень долго считаться неотмененным или неизмененным. На него нельзя, конечно, ссылаться при рассмотрении соответствующих дел или принятии решений; однако в данном случае не достигается конечная цель нормоконтроля — отмена незаконного акта управления и создание новой качественной правовой основы для регулирования соответствующих управленческих отношений.

Российское правосудие, обеспечивая права и свободы гражданина, должно осуществляться на основе установленного в законах разграничения компетенции, (юрисдикции, подведомственности дел) судов различных видов в области защиты прав и свобод личности, при использовании специфических процессуальных отраслевых правовых норм. Главным требованием, предъявляемым к судебному контролю, является полномасштабность судебно-правовой защиты прав и свобод граждан, т. е. контролю должны подлежать всякие решения и действия публичной власти и их представителей.

Необходимость усиления судебного контроля за законностью административной деятельности органов публичной власти и их служащих обусловлена тем, что должностные лица являются субъектами реализации мер государственного принуждения. В последние годы увеличилось число правоприменяющих субъектов, имеющих право использовать методы властного государственного управления, применять меры государственного (административного) принуждения, налагать на физических и юридических лиц установленные законодательством административные взыскания. К ним, например, относятся должностные лица органов государственного санитарно-эпидемиологического надзора, комиссии Комитета по земельным ресурсам и землеустройству, органов Министерства экологии и природных ресурсов Российской Федерации, архитектурно-строительного надзора, Антимонопольного комитета Российской Федерации, Российской транспортной инспекции, федерального казначейства. Поэтому с одной стороны всем субъектам необходимо знать свои полномочия и пределы административного воздействия, а с другой — уполномоченные субъекты должны применять меры государственного принуждения в соответствии с положениями действующего законодательства, не нарушая при этом законных прав и свобод граждан.

Защищать права и свободы граждан, согласно Конституции РФ (ст. 18, 33, 45), обязаны также и органы исполнительной власти. Но именно в этой ветви государственной власти пока еще не создан четко работающий механизм такой защиты. Поэтому зачастую реализация гражданином его прав зависит не столько от закона, сколько от усмотрения администрации или произвола недобросовестного чиновника. Нынешнее государство, его структуры нередко проявляют крайнее безразличие к правам и свободам человека. Должностные лица даже не утруждают себя заверениями в приверженности к ним, чувствуя безнаказанность и свободу от любой ответственности. Механизм пресечения чиновничьего произвола практически отсутствует. Особенно важно обеспечить режим законности при реализации государственными служащими мер административного принуждения. Законность применения этих мер представляет собой комплексный правовой институт, объединяющий правовые нормы различных отраслей (материальных и процессуальных). Законность в сфере административной юрисдикции состоит в осуществлении специально созданными государственными органами контрольно-надзорных функций по выявлению несоответствия (либо соответствия) действий юридических и физических лиц правовым установлениям, предусматривающим возможность наложения административных санкций за неправомерное поведение, ненадлежащее выполнение должностными лицами своих обязанностей. Главная цель контрольно-надзорных органов состоит в создании и поддержании режима законности в области административной юрисдикции.

Судебная власть занимает особое место среди других властей — законодательной и исполнительной. Институт судебной власти в последние годы был достаточно освещен в юридической литературе. Судебная власть стала предметом научных исследований. В советские годы, «однако, речь о судебной власти не шла, а использовался термин «правосудие», т. е. рассмотрение судом в установленном процессуальными законами порядке уголовных и гражданских дел. Правосудие считалось одной из многочисленных государственных функций.

В конце 80-х и особенно начале 90-х гг. получила признание концепция самостоятельности судебной власти, в соответствии с которой последняя должна, во-первых, быть самостоятельной и независимой, а во-вторых — обеспечивать рассмотрение возникающих споров (дел) и осуществлять в установленных пределах внешний контроль за властью законодательной и исполнительной. Последующие законодательные новеллы в области организации судебной системы и установления статуса судей свидетельствовали о стремлении государства и общества создать действительно независимую судебную власть. В России были созданы Конституционный Суд РФ, арбитражные суды, которые осуществляют самостоятельные юрисдикционные функции; в 1992 г. был принят Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации». Вместе с тем на фоне очевидного общего прогресса развитие судебной власти происходит неравномерно, так как одни ее компоненты развиваются достаточно быстро, а другие медленнее.

Судебная защита гражданских прав, установленная в ч. 1 ст. 11 Гражданского кодекса РФ, осуществляется в соответствии с подведомственностью дел, определенной процессуальным законодательством, судом, арбитражным или третейским судом. Судебный надзор за законностью действий и решений исполнительной власти (органов государственного управления и местного самоуправления) стал активно расширяться в начале 90-х гг., когда были приняты новые законодательные акты, в том числе и Арбитражный процессуальный кодекс (в его первой редакции от 1992 г.). Принятые 5 апреля 1995 г. новый Федеральный конституционный закон «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и новый Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, регламентируя судебный (арбитражный) надзор, устанавливают подведомственность арбитражному суду экономических споров, вытекающих из административных правоотношений (ст. 22 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Гражданский кодекс РФ (Часть первая) в ст. 13 устанавливает, что ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в предусмотренных законом случаях и нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными. В этом случае нарушенное право подлежит восстановлению либо защите установленными законом иными способами (например, прекращением или изменением правоотношения, неприменением судом акта государственного органа или местного самоуправления, противоречащего закону, компенсацией морального вреда).

Чтобы полнее представить взаимосвязь судебной власти с защитой прав и свобод граждан и юридических лиц, целесообразно выделить главные особенности судебной власти. Так, судебная власть:

1) имеет особый источник формирования и потому обладает самостоятельностью и независимостью от законодательной и исполнительной ветвей власти, ни одна из которых не должна вмешиваться в специальную компетенцию власти судов и судейской деятельности;

2) формируется для решения специальных задач и осуществления особых государственных функций;

3) представляет собой определенную организационную структуру юрисдикционных органов, обладающих необходимыми властно-принудительными полномочиями, которые давали бы возможность исполнять принятые решения;

4) осуществляется в соответствующих процессуальных формах и при использовании специальных процедур.

Указанные особенности организуют судебную власть в такую систему, которая способна обеспечивать оптимальный режим деятельности всех ветвей государственной власти и выполнения государством своих функций.

Вместе с тем формирование судебной власти в России, несмотря на принятие Федерального конституционного закона «О судебной системе в Российской Федерации», еще не завершено; в перспективе возможны изменение ее структуры, уточнение ее задач и функций, реформа процессуальных правил разрешения споров (дел), совершенствование правового статуса судей и улучшение самой судейской деятельности.

Выделяются следующие основные функции судебной власти:

1) функция правосудия (конституционное, административное, уголовное, гражданское, арбитражное). Правосудие — это специфическая, присущая только судам форма осуществления властных полномочий органами судебной власти, завершающаяся принятием судебных решений, обязательных для исполнения всеми лицами, в отношении которых они выносятся;

2) контрольно-надзорная функция (юрисдикционный, судебный контроль), воплощенная, как правило, в форме конституционного контроля, контроля судов общей юрисдикции и арбитражных судов, а также административного контроля (т. е. контроля за законностью действий или решений органов исполнительной власти, их служащих и должностных лиц).

В литературе кроме указанных функций называются и такие, как функция формирования судейского корпуса и руководство судебной практикой (разъяснение судам Верховным Судом РФ вопросов и практики применения действующего законодательства).

Т. А. Савельева выделяет в рамках функции правосудия следующие четыре направления деятельности судебной власти: а) судебный контроль за конституционностью нормативных и правоприменительных актов; б) сдерживание, уравновешивание законодательной и исполнительной властей; в) применение мер государственного принуждения; г) обеспечение социальной и юридической ценности актов правосудия, их обязательности, действенности и стабильности.

Правосудие как функция судебной власти представляет собой рассмотрение и разрешение судами гражданских, арбитражных и уголовных дел. Правосудие осуществляется судьями на основе действующего процессуального законодательства и при соблюдении основных демократических принципов юридического процесса; процессуальные законы устанавливают процессуальный статус участников процесса, стадии процесса, способы доказывания и прочее.

Судебный контроль (равно как и государственный контроль) в сфере управления за действиями и решениями органов управления и их должностных лиц в более общем плане представляет интерес, с одной стороны, в аспекте правовой защиты субъективных прав как граждан, так и юридических лиц, а с другой, — в аспекте реализации современной правовой политики в области прав человека.

Основные права и свободы граждан были установлены в конституциях многих западноевропейских стран в середине прошлого столетия. Это явилось важнейшим достижением государственно-правовой мысли того времени. Реальное обеспечение конституционных прав и свобод граждан возлагалось на исполнительную власть, т. е. на систему органов государственного управления, а в конечном итоге — на чиновников. Тогда и возникла необходимость исследования правоотношений между гражданином, претендующим на осуществление своих прав и свобод, и чиновниками (должностными лицами), обязанными признавать, соблюдать, обеспечивать и гарантировать эти права и свободы. Уже к концу XIX — началу XX в. как административисты западноевропейских государств, так и русские исследователи, выделяли следующие элементы административного права: административный акт, особое властное правоотношение и публично-правовой договор. При этом подчеркивалась их непосредственная связь с проблемой обеспечения прав и свобод гражданина: так, издание административного акта может ограничивать и нарушать права граждан (и тогда гражданин имеет право обратиться в суд за защитой); далее, особое властное правоотношение выражается в установлении общественных связей гражданина и публичной службы (самого государства); наконец, гражданин мог выступать и в роли равноправного субъекта по отношению к государственной власти, заключая с ней административный договор, т. е. в правовом государстве возможно установление горизонтальных связей между гражданином и исполнительной властью. В связи с этим А. И. Елистратов писал:

«Одинаковое подчинение закону и суду ставит должностных лиц и граждан на общую юридическую плоскость. Должностное лицо может быть наделено большими правами нежели гражданин, но перед законом они становятся принципиально равноправными.

Реальное обеспечение правовой защиты субъективных прав граждан, установленных в Конституции РФ (а ранее — в Декларации прав и свобод человека и гражданина) и в других законах, представляет собой важнейшую задачу современного правового государства. Необходимо добиваться максимальной эффективности правовой защиты нарушенных исполнительной властью (органами управления, их должностными лицами, государственными и муниципальными служащими) прав и свобод граждан; в подобных случаях важнейшую роль играет правовой механизм восстановления нарушенных прав и свобод граждан и возмещения им причиненного ущерба. Российское законодательство устанавливает различные социальные и правовые формы и способы восстановления нарушенных прав и свобод граждан.

Одним из наиболее действенных способов является судебный контроль за исполнительной властью. В соответствии со ст. 10 Конституции РФ судебная власть является одной из трех ветвей государственной власти, органы которой самостоятельны и действуют независимо от законодательной и исполнительной властей, подчиняясь только Конституции РФ и закону.

Судебная власть осуществляется только судами в лице судей и привлекаемых в установленном законом порядке присяжных, народных и арбитражных заседателей посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. От степени эффективности их деятельности зависит и полнота обеспечения прав и свобод гражданина. Установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа, а равно должностного лица, Конституции РФ, федеральному конституционному закону, федеральному закону, общепризнанным принципам и нормам международного права, международному договору РФ, конституции (уставу) субъекта РФ, закону субъекта РФ, суд принимает решение на основе правовых положений, имеющих наибольшую юридическую силу.

^ Федеральным конституционным законом от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации» была определена судебная система Российской Федерации, включающая федеральные суды, конституционные (уставные) суды и мировых судей субъектов Российской Федерации. К федеральным судам относятся: Конституционный Суд РФ, Верховный Суд РФ, верховные суды республик, краевые и областные суды, суды городов федерального значения, суды автономной области и автономных округов, районные суды, военные и специализированные суды (эти суды составляют систему федеральных судов общей юрисдикции);

Высший Арбитражный Суд РФ, федеральные арбитражные суды округов, арбитражные суды субъектов РФ (эти суды составляют систему федеральных арбитражных судов). К судам субъектов РФ относятся: конституционные (уставные) суды субъектов РФ, мировые судьи, являющиеся судьями общей юрисдикции субъектов РФ. Отправление судебной власти происходит исключительно специально созданными на основе закона государственными органами. Таким образом, в нашей стране создана судебная система как самостоятельная ветвь государственной власти в виде: а) трехступенчатой иерархии судов общей юрисдикции; б) трехступенчатой системы арбитражных судов; в) Конституционного Суда РФ; г) судов субъектов РФ (конституционных (уставных) судов субъектов РФ, мировых судей). При этом сфера судебной власти субъектов РФ может быть подвержена специфическим изменениям.

Как было отмечено, функции судебного контроля осуществляются судами посредством конституционного, гражданского и административного судопроизводства. Конституционный контроль осуществляется за законностью и соответствием Конституции РФ федеральных законов, нормативных актов Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, актов субъектов РФ, публично-правовых договоров и не вступивших в силу международных договоров РФ. Административно-судебный контроль, т. е. контроль судов за исполнительной властью, осуществляется в настоящее время в процессуальной форме, установленной гражданско-процессуальным и арбитражно-процессуальным законодательствами.

В отношении конституционного контроля принцип институционного оформления судебной власти в настоящее время уже реализован — создан Конституционный Суд РФ, осуществляющий свою власть в форме конституционного судопроизводства (ст. 1 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»). Самостоятельность этого органа обеспечена в организационном, финансовом и материально-техническом отношениях; судьи имеют особый правовой статус; созданы специальные процессуальные формы. Конституционный суд решает исключительно вопросы права, оставаясь при этом органом конституционного контроля, осуществляющим судебную власть посредством конституционного судопроизводства.

Контроль за законностью действий административно-правового характера, к сожалению, и по сей день не обеспечен традиционными и обязательными для специальной ветви судебной власти атрибутами, т. е. специальными судебными органами, особой процессуальной формой разрешения дела, собственной компетенцией, соответствующей процедурой, разрешения подведомственных дел, необходимыми юрисдикционными полномочиями, оптимальной организационной структурой и соответствующей законодательной основой. Иными словами, пока нельзя говорить о сложившемся институте административной юстиции, хотя в истории советского государства и права, а также в постсоветский период в данной области происходили важные изменения: устанавливался судебный контроль за применением административной ответственности, наложением ряда административных взысканий; принимались законы, расширяющие возможности судебного обжалования управленческих решений.

Сравнение функции контроля суда за исполнительной властью (публичным управлением) с функцией конституционного контроля демонстрирует нормативную, организационную и политическую «отсталость» в темпах, способах и, главное, результатах институционализации, установления и применения на практике института административной юстиции.

Учеными отмечается, что развитие судебного контроля за законностью административного управления в рамках искового судопроизводства противоречило российской национальной юридической традиции и не отвечало сути и назначению подобной функции. Для судов стран континентальной правовой системы характерно применение действующего закона; суды не выполняют функцию правотворчества. Это обусловило особенности организации, формирования и содержания судебной власти, которая отличается многообразием судебных органов и ветвей судопроизводства, специальной компетенцией и подведомственностью общих судов, а также административных, хозяйственных, коммерческих, торговых, семейных и трудовых. Думается, едва ли можно согласиться с мнением В.В.Скитовича, полагающего, что «нахождение соответствующих норм в исковом судопроизводстве представляет собой своего рода правовую аномалию, доставшуюся нам с советских времен», и что осуществление контрольных функций судебной власти в области функционирования власти исполнительной (контроля за административными актами, например) «по правилам искового судопроизводства ведет в тупик». Следует иметь в виду, что и в некоторых странах континентальной правовой системы административное судопроизводство начинается с направления в суд специального иска. В. В. Скитович пытается вообще исключить для административной юстиции функцию правосудия,. так как считает, что суд, рассматривая жалобу на административный акт, устанавливает прежде всего соответствие данного акта закону, т. е. решает вопросы не факта, а права, что является, по его мнению, осуществлением контрольно-надзорных Полномочий, а не правосудия. Можно задать вопрос, а возможно ли вообще существование в «чистом виде» правосудия и судебного контроля? Ведь осуществляя правосудие, суд реализует и контрольно-надзорные функции, а проверяя законность принятого административного акта, судья выясняет статус субъекта, принявшего правовой акт, изучает нормативную основу деятельности этого субъекта, принимает его доводы, осуществляет доказывание, оценивает доказательства.

Вместе с тем, оценивая с самых широких позиций оформление судебной власти в области контроля суда за законностью функционирования администрации, многие авторы говорят о необходимости создания отдельной юрисдикционной процедуры, т. е. формирования самостоятельной ветви судебной власти, построенной на началах системной организации. При этом в качестве специфических черт отечественной модели административной юстиции называются: функции правосудия и функции юрисдикционного контроля за законностью функционирования исполнительной власти (управления); собственно процессуальная основа; организационная обособленность и самостоятельность органов административной юстиции (например, административных судов).

Как уже неоднократно подчеркивалось, институт административной юстиции взаимосвязан с институтом правовой защиты прав и свобод граждан и ее правовыми средствами, а также с судебными органами, обеспечивающими подобную защиту. В Конституции Российской Федерации права и свободы человека провозглашаются высшей ценностью, гарантируется и обеспечивается правосудием их государственная защита (ст. 2, 18, 45 Конституции РФ). Установленное в ст. 46 Конституции РФ право на судебную защиту прав и свобод граждан характеризуется тем, что: такое право гарантируется каждому лицу (гражданину РФ, иностранцу или лицу без гражданства) и их объединениям; с целью защиты прав и свобод в судебном порядке можно обжаловать решения и действия любых органов государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, судебную защиту должны обеспечивать все созданные в настоящее время суды: Конституционный суд РФ, суды общей юрисдикции, арбитражные суды, военные суды. В течение последних пяти-шести лет законодательство о судебной системе Российской Федерации находилось в постоянном изменении. На сегодняшний день его развитие стабилизировалось: установленные в Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации» суды имеют ограниченную компетенцию по обеспечению и защите прав и свобод личности. В настоящее время каждый имеет право на обращение в Конституционный суд РФ с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод именно законом (федеральные конституционные законы, федеральные законы, конституции республик, уставы, законы субъектов Российской Федерации), если он применен или подлежит применению в конкретном деле. Конституционный суд РФ не имеет при этом полномочий по проверке конституционности индивидуальных (ненормативных) актов государственных органов, нормативных и индивидуальных актов федеральных органов исполнительной власти, правоприменительной практики;

у него нет права давать заключения о конституционности действий высших должностных лиц. Обжалование всех иных актов (кроме законов) и решений, а также действий происходит в судах общей юрисдикции и арбитражных судах. Вместе с тем к подведомственности судов общей юрисдикции (в том числе и их высшего звена) законодатель не относит дела об оспаривании не только законов, но и нормативных актов Президента РФ, палат Федерального Собрания РФ, Правительства РФ. Таким образом, гражданин не может оспорить в суде общей юрисдикции или арбитражном суде нормативный акт Президента РФ, палат Федерального Собрания РФ и Правительства РФ, даже если считает нарушенным свои права и свободы.

Важную роль в обеспечении судебной защиты прав и свобод граждан играют и постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Повышению эффективности деятельности судов по разрешению жалоб граждан способствовало постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 1993 г. «О рассмотрении судами жалоб на неправомерные действия, нарушающие права и свободы граждан»; в нем разъяснены многие вопросы, которые возникают в правоприменительной практике, и изменено принятое Пленумом Верховного Суда РФ постановление от 18 ноября 1992 г. «О судебной защите прав военнослужащих от неправомерных действий органов военного управления и воинских должностных лиц».

Судебный контроль — гарантия обеспечения прав участников процесса в уголовном судопроизводстве

Францифорова С.Ю., адвокат, соискатель СЮИ МВД России.

Важной процессуальной гарантией защиты конституционных прав и законных интересов личности в досудебном производстве служит судебный контроль.

В теории уголовного процесса получила признание идея сочетания различных форм надзора и контроля, которые, дополняя и подстраховывая друг друга, должны гарантировать законность и обоснованность судопроизводства .

См.: Химичева О.В. Концептуальные основы процессуального контроля и надзора на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. М., 2004. С. 4.

Первостепенная роль в области охраны прав и свобод человека и гражданина отводится судебному контролю, контрольные полномочия которого получили широкое распространение на досудебные стадии, что позволило перейти от констатации уже допущенных нарушений к их предупреждению на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. Ранее по УПК РСФСР суд преимущественно осуществлял надзор за результатами предварительного расследования, а его контрольные функции касались лишь судебных стадий. Вместе с тем в 1992 г. с введением ст. 220.1 и ст. 220.2 УПК РСФСР было установлено право суда проверять законность и обоснованность решения об избрании меры пресечения — заключения под стражу, которые предоставляли возможность осуществления судебного контроля на стадии предварительного расследования. УПК РФ наряду с традиционными для суда правами и обязанностями значительно расширил полномочия суда по контролю за исполнением законов и обеспечением прав граждан, вовлеченных в уголовное судопроизводство на его досудебных стадиях. Эти требования находят отражение в компетенции суда в части ограничения свободы подозреваемого, обвиняемого (п. 1 — 3 ч. 2 ст. 29 УПК РФ), а также в рамках разрешения органам предварительного расследования на производство следственных и иных процессуальных действий, связанных с ограничением прав и свобод граждан (п. 4 — 11 ч. 2 ст. 29 УПК РФ).

В этой связи судебный контроль следует рассматривать и как способ реализации судебной власти, и как уголовно-процессуальную функцию.

В системе государственной власти судебная власть характеризует не столько правосудие (в традиционном смысле), сколько юридическую возможность оказывать активное влияние на решения и действия законодательной и исполнительной власти, «уравновешивать» их .

См.: Савицкий В.М. Организация судебной власти в Российской Федерации. М., 1996. С. 29.

В связи с тем что нет единства мнений в отношении таких необходимых составляющих судебной власти, как судебный контроль и правосудие, то возникла необходимость в определении соотношения этих понятий.

Так, по мнению Н.А. Колоколова, судебный контроль правосудием не является . С ним солидарен В.Н. Галузо, который указывает на самостоятельную функцию судебного контроля . В.А. Азаров пишет о феномене судебного контроля как самостоятельного направления судебной деятельности, о его нарождающейся уголовно-процессуальной функции . Особую позицию, в плане ограничения функциональной дееспособности судебного контроля, занял М.К. Свиридов, считающий, что у суда должна быть одна функция — функция разрешения уголовного дела по существу, что обосновано, на его взгляд, различием предмета и процессуальной формы судебного контроля и уголовного судопроизводства . Вместе с тем несогласие с действующим полномочием судебной власти в связи с соотношением понятий правосудия и судебного контроля высказывает Е.Е. Антонова, подчеркивая, что «в настоящее время суд реализует две во многом дисгармонирующие функции: 1) правосудие и 2) судебный контроль, при котором обозначается его причастность к уголовному преследованию, обеспечению возмещения ущерба, причиненного преступлением, реабилитации и профилактике преступлений, что противоречит основному предназначению суда» . Противоположную точку зрения высказывает А.П. Гуськова, делая вывод о том, что «судебная власть в уголовном процессе реализуется в форме правосудия в обычном понимании и в форме контроля за соблюдением прав участников уголовного процесса в досудебном производстве», как и В.М. Лебедев, относя к правосудию деятельность суда на стадии предварительного расследования . С ними солидарны И. Жеребятьев и А. Шамардин, считающие, что деятельность суда по реализации полномочий, перечисленных в ч. 2 ст. 29 УПК РФ, следует признавать элементами правосудия . По мнению В.А. Лазаревой, все формы судебного контроля охватываются понятием правосудия, а понятия «правосудие» и «судебный контроль» не отличаются своим функциональным назначением, поскольку регулятивная и охранительная функции государства тесно переплетаются и в чистом виде не существуют, а отрицание охранительной роли правосудия граничит с отрицанием важнейшего конституционного положения об обеспеченности прав и свобод человека и гражданина правосудием (ст. 18 Конституции РФ) . А.В. Солодилов полагает, что судебный контроль может осуществлять правосудие, но лишь при соблюдении определенных условий: если судебный контроль имеет признаки особого производства (при судебной проверки законности и обоснованности ареста и продления срока содержания под стражей), а также когда суд фактически разрешает конфликт .

См.: Колоколов Н.А. Судебный контроль в стадии предварительного расследования: реальность, перспективы // Государство и право. 1998. N 11. С. 31 — 39.
См.: Галузо В.Н. Судебный контроль за законностью и обоснованностью содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых на стадии предварительного расследования: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 1995. С. 21.
См.: Азаров В.А. Сущность российского уголовного процесса и судебный контроль. Томск, 2002. С. 23.
См.: Свиридов М.К. Соотношение функций разрешения уголовных дел и судебного контроля в деятельности суда // Правовые проблемы укрепления российской государственности: Сб. ст. / Под ред. Ю.К. Якимовича. Томск, 2001. С. 5.
Антонова Е.Е. Функциональная характеристика досудебного производства в российском уголовном процессе: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Омск, 2006. С. 8.
См.: Лебедев В.М. Судебная защита свободы и личной неприкосновенности граждан на предварительном следствии: Учеб. пос. М.: Российская академия правосудия, 2001. С. 8.
См.: Жеребятьев И., Шамардин А. Некоторые вопросы реализации правосудия в уголовном судопроизводстве // Уголовное право. 2004. N 3. С. 82 — 83.
См.: Лазарева В.А. Судебная власть. Судебная защита. Судебный контроль: понятие и соотношение: Лекции-очерки. Самара: Самарская гуманитарная академия, 2000. С. 23.
См.: Солодилов А.В. Судебный контроль в системе уголовного процесса России. Томск: Изд-во Томского ун-та систем управления и радиоэлектроники, 2000. С. 43 — 47.

Интересным представляется соотношение судебного контроля и правосудия, предложенное Н.Г. Муратовой, которая пишет, что суд как орган правосудия разрешает конфликт публичного характера, признавая или не признавая лицо виновным, назначая или освобождая его от наказания; при осуществлении судебного контроля нет конфликта, так как не обеспечиваются основные принципы правосудия — состязательность и равноправие сторон, и только закон возлагает на суд обязанность осуществлять контроль в досудебном производстве . Однако следует возразить Н.Г. Муратовой в отношении того, что если нет конфликта, то нет и сторон и нет самого уголовного процесса, который порожден наличием существующих противоречий. И.Л. Петрухин, не отождествляя судебный контроль и правосудие, обращает внимание на то, что при реализации судебного контроля суд не разрешает дело по существу, а указывает лишь на отдельные элементы правосудия в содержании данного явления на предварительном следствии . По мнению Н.Н. Ковтуна, судебный контроль в силу присущих ему правовых свойств и признаков является самостоятельной, особой формой осуществления правосудия в сфере уголовного судопроизводства . Вместе с тем в данном вопросе нами разделяется точка зрения О.В. Химичевой, считающей правосудием не всякую деятельность суда, а ту, которая предполагает разрешение судом уголовных дел по существу, поскольку судебный контроль не входит в понятие правосудия, что позволяет говорить о его самостоятельной уголовно-процессуальной функции на досудебных стадиях уголовного судопроизводства .

См.: Муратова Н.Г. Многофункциональность судебного контроля в уголовном судопроизводстве // Уголовное судопроизводство. 2006. N 1. С. 12.
См.: Петрухин И.Л. Прокурорский надзор и судебный контроль за следствием // Российская юстиция. 1998. N 9. С. 13.
См.: Ковтун Н.Н. Судебный контроль в уголовном судопроизводстве России. 2002. С. 24.
См.: Химичева О.В. Указ. соч. М., 2004. С. 206 — 209.

Подводя итог идеям вышеперечисленных авторов, следует заметить, что исследование таких направлений реализации судебной власти, как «правосудие» и «судебный контроль», приводит к подтверждению вывода об усилении ее правозащитных функций, реализуемых посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства в целях защиты прав и свобод граждан и юридических лиц, а также для поддержания паритета между ветвями государственной власти. Вместе с тем осуществление правосудия является основным рычагом судебной власти и главным, но не единственным средством ее реализации. Рассмотрение судебного контроля в виде особой формы правосудия «может привести к размыванию границ данного понятия и к необоснованному расширению задач, стоящих перед функцией правосудия, что, в свою очередь, негативно скажется на его эффективности» . Деятельность суда, выходя за рамки правосудия, не ограничивается только функцией рассмотрения и разрешения уголовных дел, поскольку его функцией является контроль за законностью и обоснованностью решений и действий на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. Действительно, судебным контролем на досудебных стадиях не охватывается понятие правосудия, поскольку и при даче разрешения на процессуальные действия, и при самом рассмотрении жалоб не предполагается разрешение уголовного дела судом по существу. Так, Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что, проверяя законность и обоснованность решений о заключении лица под стражу или продлении срока содержания под стражей, судья не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности в совершении преступления лица, содержащегося под стражей . Вышеустановленное правило находится в соответствии с указанием Пленума Верховного Суда РФ, поскольку, рассматривая ходатайство об избрании подозреваемому, обвиняемому в качестве меры пресечения заключение под стражу, судья не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица в инкриминируемом ему преступлении .

Азаров В.А., Таричко И.Ю. Функция судебного контроля в истории, теории и практике уголовного процесса России. Омск: Омск. гос. ун-т, 2004. С. 133.
См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 г.
См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г.

В связи с этим следует отметить неточность понятия правосудия, данного в редакции п. 50 ст. 5 УПК РФ, где сказано, что судебное заседание — процессуальная форма осуществления правосудия в ходе досудебного и судебного производства по уголовному делу. Следует согласиться с О.В. Химичевой в отношении того, что широкая трактовка правосудия, данная в п. 50 ст. 5 УПК РФ, искажает смысл правосудия и принижает его значение для уголовного судопроизводства , поскольку основная функция суда в судебном производстве — разрешение дела по существу, что характеризует его деятельность как правосудие, а на стадиях досудебного производства — осуществление судебного контроля. Как справедливо пишет А.Д. Бойков, «акт правосудия — это решение вопроса о виновности и ответственности» . Подтверждением этой же идеи служит суждение Т.З. Зинатуллина, «что правосудие есть лишь процессуальная деятельность судов первой и последующих инстанций по разрешению. обвинения по существу» . Такой же позиции придерживаются при определении правосудия В.В. Николюк, В.В. Кальницкий, В.А. Азаров, И.Ю. Таричко и др. .

См.: Химичева О.В. Указ. соч. М., 2004. С. 208 — 209.
Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М.: Юрид. лит., 1989. С. 26.
Зинатуллин Т.З. Осуществление правосудия — функция российского уголовного процесса // Российский судья. 2001. N 6. С. 12.
См.: Николюк В.В., Кальницкий В.В. Вопросы учения о правосудии в связи с совершенствованием законодательства. Омск, 1989; Азаров В.А., Таричко И.Ю. Указ. соч. Омск, 2001.

Таким образом, несмотря на процессуальное сходство понятий «правосудие» и «судебный контроль», их следует разграничивать, что определено предметом и целью судебной деятельности, реализующейся на различных стадиях процесса, в свойственных только ей судебных функциях. В связи с этим правосудие следует определить как деятельность суда в качестве органа государственной власти, направленную на разрешение дела по существу, осуществляемую с целью принятия решений о государственном принуждении или защите оспариваемого права. Понимание суда как органа государственной власти, выполняющего только функцию правосудия, в настоящее время уступает место такому пониманию значения суда, как носителя самостоятельной судебной власти, к функции которого следует отнести и судебный контроль. Таким образом, разграничение судебного контроля и правосудия видится в том, что в ходе судебного контроля судья контролирует законность и обоснованность решений стадии предварительного расследования, не разрешая вопрос о виновности и ответственности, а только осуществляя проверку законности и обоснованности ограничения прав граждан органами предварительного расследования. Необходимость разделения процессуальных функций судебной власти обосновывается тем, что такое ее направление, как судебный контроль, не должно быть продолжением правосудия, поскольку в данном случае он препятствует состязательности, превращая ее в розыск. По справедливому суждению А.Ф. Кони, отделение вопросов факта и права, не налагая тяжких испытаний на чувство судей, по существу дела, дает им возможность руководствоваться исключительно голосом правды и очевидностью, а судьям, налагающим наказание, дает возможность спокойно применять законную кару к установленной виновности, следуя лишь своему долгу и побуждению справедливого человеколюбия .

См.: Кони А.Ф. История развития уголовно-процессуального законодательства в России // Собрание сочинений в 8 томах. Т. 4. М., 1967. С. 332 — 333.

Судебный контроль, не являясь правосудием, на досудебных стадиях обладает самостоятельной уголовно-процессуальной функцией, являясь необходимой гарантией защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и усиления судебной власти.

В теории уголовного процесса не выработано единого понятия судебного контроля, осуществляемого в досудебном производстве. Так, В.Ю. Мельников судебный контроль за проведением следственных действий рассматривает в виде специфической уголовно-процессуальной деятельности, направленной на обеспечение соблюдения в уголовном процессе конституционных прав и свобод участников процесса, недопущения их нарушения, восстановления незаконно и (или) необоснованно нарушенных конституционных прав . Это определение, по существу, правильное, но не раскрывает сущности судебного контроля как важнейшего направления судебной власти. По мнению Колоколова, судебный контроль в стадии предварительного расследования по отношению к основному — обычному отложенному судебному контролю является экстраординарным (необычным, оперативным), носящим частный, вспомогательный, правообеспечительный характер . Л.М. Володина рассматривает судебный контроль как один из способов реализации судебной власти наряду с правосудием, действующий как мера защитного характера, обеспечивающая законность и обоснованность ограничения прав человека .

См.: Мельников В.Ю. Судебная реформа — некоторые вопросы судебного контроля // Российский судья. 2008. N 1. С. 14.
См.: Колоколов Н.А. Судебный контроль в уголовном процессе // ЭЖ-Юрист. 2006. N 36. С. 11.
См.: Володина Л.М., Матейкович М.С., Пономаренко Е.В., Сухова Н.В. Права человека. Тюмень, 2002. С. 98.

Определяя сущность судебного контроля на досудебных стадиях, следует видеть в нем такие основные черты, которые носят предупредительный и правовосстановительный характер, являющиеся гарантией обеспечения законности и обоснованности действий органов предварительного расследования, существенно ограничивающих конституционные права и свободы граждан.

Вместе с тем следует задать вопрос: может ли судья, проверяющий законность и обоснованность ограничения прав лиц в ходе предварительного следствия, оставаться бесстрастным, рассматривая в дальнейшем уголовное дело по существу?

По мнению И.Л. Петрухина, не лишены оснований опасения противников судебного контроля за предварительным следствием, которые утверждают, что у судьи, выдавшего решение об аресте, обыске и т.д., складывается убеждение в виновности определенного лица, которое в дальнейшем помешает ему объективно рассмотреть дело и вынести справедливый приговор. Выход из этой ситуации есть: судья, вынесший решение об аресте, обыске и т.п., не должен рассматривать данное уголовное дело по существу. Это дело будет рассматриваться другим судьей .

См.: Петрухин И.Л. Прокурорский надзор и судебный контроль за следствием // Российская юстиция. 1998. N 9. С. 13.

К сожалению, судебный контроль не всегда отвечает своему конституционному предназначению, выраженному правом граждан на судебную защиту и на обжалование в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти. и должностных лиц (ст. 46 Конституции РФ).

Ученые-процессуалисты и практические работники прикладывают усилия для того, чтобы процессуальные гарантии судебного контроля по защите прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, установленные Основным законом и уголовно-процессуальным законодательством, от декларативных предписаний нашли бы реализацию в уголовно-процессуальной деятельности.

Следует согласиться с суждением И.Ф. Демидова в отношении создания института федеральных следственных судей, свободных от полномочий по отправлению правосудия не только по делу, по которому принимали решения на этапе досудебного производства, но также и по другому делу .

Демидов И.Ф. Судебная реформа и новые проблемы науки уголовного процесса. Тюмень, 1995. С. 24.

Также Н.Г. Муратова справедливо предлагает ввести в судебную систему должность следственного судьи, наделенного исключительно контрольными судебными полномочиями за предварительным расследованием .

См.: Муратова Н.Г. Система судебного контроля в уголовном судопроизводстве. Казань: Казанский гос. университет, 2004. С. 96 — 99.

Необходимость создания условия, при котором исключается предвзятость судьи, отмечает и В.М. Лебедев, говоря, что судебный контроль за расследованием может быть обеспечен и путем поручения этой функции следственному судье . Эти предложения позволят защитить права участников процесса на стадии предварительного расследования при помощи самостоятельного и независимого судьи. По справедливому суждению Н.А. Колоколова, судебный контроль в досудебном производстве должен носить преимущественно превентивный характер, предупреждая возможность незаконного ограничения конституционных прав человека и гражданина .

Лебедев В.М. Судебная власть в современной России. СПб., 2001. С. 71 — 72.
Колоколов Н.А. Судебный контроль в стадии предварительного расследования преступлений: важная функция судебной власти: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 1998. С. 18 — 19.

Следует согласиться с предложением В.Ю. Мельникова о создании контрольного департамента при Верховном Суде РФ с передачей ему функции судебного контроля на досудебных стадиях процесса, с целью размежевания функций судебного контроля и правосудия внутри судебного ведомства в целях обеспечения независимости и самостоятельности следователей, судей, непосредственно реализующих контрольные полномочия и разрешающих уголовное дело по существу, что позволит сосредоточить в руках судей разрешение вопросов, рассматриваемых сейчас на стадии предварительного расследования и стадии назначения судебного заседания .

См.: Мельников В.Ю. Указ. соч. С. 15.

Таким образом, определяя важную роль судебного контроля как гарантии обеспечения конституционных прав при производстве следственных действий, в досудебном производстве, следует заметить, что он далек от совершенства и требует усилий по его реформированию.

Смотрите еще:

  • С какого момента наступает лишение прав С какого момента наступает лишение прав Вопрос Здравствуйте! С какого момента считается 1 год по 130ой ? С момента происшествия (именно тогда изъяли физически водительское удостоверение) или со дня […]
  • Гк рф ст165 п3 Статья 165. Последствия уклонения от нотариального удостоверения или государственной регистрации сделки 1. Если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а […]
  • Написать письмо герасиму Написать письмо герасиму Герасим: ну погода. 10 градусов, ветер, дождь не перестаёт, октябрьГерасим: я топил сегодня печку. Коняшко: собаки кончились? Что нового я узнала, проверяя сочинения моего 5го […]
  • Прошу признать право собственности в порядке наследования Исковое заявление о признании права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования по закону В ________ районный суд г.___________ адрес:_______________________ Истец: ЛИЦО_1, проживаю по […]
  • Ч3 ст 204 ук рф практика Анализ судебной практики и приговоров (ст. 204 УК РФ) Состав такого преступления как «коммерческий подкуп» выделен в ст.204 Уголовного кодекса РФ [1, c.204 ]. Изменения в содержании данного состава, вызванные […]
  • Когда нужно подавать встречный иск Когда нужно подавать встречный иск I. Встречным иском (reconventio, Widerklage) называется иск, предъявляемый ответчиком к истцу с целью защиты против первоначального искового требования. В понятие встречного […]
  • Ст 23 п 3 О воинской обязанности и военной службе Статья 23. Сроки военной службы 1. Сроки срочной военной службы в календарном исчислении устанавливаются: для солдат и матросов, сержантов и старшин, проходящих срочную […]
  • Отработка в 2 недели на испытательном сроке при увольнении Отработка на испытательном сроке Обновление: 17 мая 2016 г. Часть 3 статьи 70 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ) распространяет на работника, находящегося на испытательном сроке, все права и обязанности […]