Адвокат коган александр

Адвокат обвиняемого в деле о крушении Боинга-737: «У меня есть распечатка последних разговоров пилотов, но пока ее нельзя раскрывать. »

двокат летного директора авиакомпании «Татарстан» Валерия Портнова в интервью «Казанскому репортеру» рассказал о следствии по делу об авиакатастрофе в казанском аэропорту, необходимости остановки всех Боингов-737 и причинах крушения двухлетней давности.

Под подпиской о невыезде уже несколько месяцев находится известный татарстанский авиатор Валерий Портнов. За последние десять лет он сменил несколько должностей в авиакомпании «Татарстан», а в ноябре 2013 года занимал там должность летного директора, ранее покинув пост гендиректора.

Причина подписки о невыезде Портнова в том, что сейчас он является обвиняемым в деле о крушении Боинга-737 в казанском аэропорту, случившемся 17 ноября 2013 года. Его обвиняют по ч. 3 ст. 263 УК РФ — «Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц». Дело в том, что в 2008-2009 годах, когда Портнов находился в должности летного директора АКТ, тогда еще штурман Рустем Салихов, командир упавшего Боинга, как раз проходил переобучение на пилота. А по версии следствия, Салихов получил свидетельство пилота коммерческой авиации незаконно.

В чем именно состояла вина Валерия Портнова, обвинению придется доказывать в суде. Однако погибший Рустем Салихов, после получения того незаконного свидетельства пилота, прошел в 2010 году переобучение еще и в учебном центре авиакомпании S7 на второго пилота Боинг-737-500. А позже выдержал экзамен высшей квалификационной комиссии, которая выдала ему свидетельство пилота.

Напомним, самолет Boeing-737-500 авиакомпании «Татарстан», летевший из московского аэропорта Домодедово в Казань, разбился при заходе на посадку. Все 50 человек, находившиеся на борту – 44 пассажира и шесть членов экипажа, – погибли. Среди них оказался сын президента Татарстана Ирек Минниханов и глава управления ФСБ по Татарстану Александр Антонов.

Официальной версии причин происшедшего до сих пор нет. Однако Межгосударственный авиационный комитет (МАК) на днях заявил, что в скором времени опубликует заключение по крушению Боинга-737 в Казани. Сейчас основные версии случившейся авиакатастрофы две: техническая неисправность и человеческий фактор. От того, что будет написано в этом заключении, зависит и судьба Валерия Портнова.

Журналист «Казанского репортера» Регина Хисамова встретилась с Александром Коганом, адвокатом Портнова, и узнала о том, какую из версий случившегося он считает более вероятной, как идет следствие и почему обвинили именно его клиента.

— В СМИ появилась информация, что Валерий Портнов, ваш клиент, сейчас находится под подпиской о невыезде и ему предъявлено обвинение…

— Если изданию не давал комментарий сам Портнов, его представитель, то есть я, или следственный комитет, то откуда у вас эта информация? Источников, кроме меня и Портнова, в Казани больше нет. Со мной журналисты до этого не связывались. Поэтому все публикации в СМИ – ложь. И особенно безнравственно это сейчас, в годовщину крушения самолета. В такой день можно было написать о том, что мы все скорбим по погибшим, а не о том, кто виноват. Виновата техника, я вам сразу могу сказать. И мы уже доказали это.

У меня есть информация, которую я пока не могу целиком озвучить официально, чтобы не разглашать тайну следствия. Несколько пилотов письменно предупреждали еще до трагедии, что закрылки руля высоты не контролируются. Трагедия в Казани произошла тоже из-за этого.

— И все же обвинение по ч. 3 ст. 263 УК РФ «Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц» и подписка о невыезде Портнова существуют? Он проходит обвиняемым в деле о крушении «Боинга-737» в Казани 17 ноября 2013 года?

— Да. Самое интересное, что, когда предъявили обвинение, мы так и не смогли понять, в чем же по существу его обвиняют. Удостоверение Салихову он не выдавал, на обучение не отправлял. Я спросил у следствия, в чем суть [обвинения], но мне так и не ответили. Сама бумага с обвинением у них есть, а вот за что обвиняют, непонятно. Мы на это обвинение написали объяснение о том, что он не имел никакого отношения к происшедшему. Сейчас обвинение полностью рассыпалось.

— Когда ему было предъявлено обвинение и избрана мера пресечения?

— В этом году, в конце весны-начале лета. Я точно не помню, когда нас допрашивали.

— Какие основания у следствия были предъявить обвинение?

— Основания были простые, все пытались списать случившееся на человеческий фактор. Мы же объясняли: техника отказала.

— То есть следствие посчитало, что Портнов мог быть связан с Салиховым в 2008-2009 годах, когда первый работал летным директором АКТ, а второй получал летное удостоверение?

— Естественно. Вы представляете, какие года и какая техника тогда была! Нужно было найти стрелочника. Вот они и нашли хорошую фигуру. Как я уже говорил ранее, таким образом они дискредитируют еще одного человека. Я думаю, что вы догадываетесь, кого. Вот в чем вся суть-то.

— Портнова обвиняют в халатности и в том, что он нанял пилота, который имел лицензию, полученную незаконным путем?

— Какая здесь может быть халатность? Халатность со стороны кого? Что, Портнов выдавал удостоверения пилотам? Или он их регистрировал? Договорись даже до того, что Портнов должен был проверить подлинность удостоверения Салахова. А почему этого не сделала Росавиация? Портнов получил пилота в готовом виде. Даже в отделе кадров не проверяют удостоверения.

Валерий Портнов – заслуженный пилот России, у него столько налета, сколько ни у кого в Казани нет. Да и Салихов, погибший пилот, был профессионалом.

— Из-за чего, по вашему мнению, 17 ноября 2013 года произошло крушение Боинга-737 в Казани?

— У меня есть распечатка последних разговоров пилотов, но пока ее нельзя раскрывать. Скажу только, что пилоты до последнего не понимали, что происходит. Они при заходе на второй круг, который был вполне обоснованным, объяснили диспетчеру, что их сносит боковым ветром. Диспетчер дал добро. Пилоты развернули самолет и на полной тяге пошли вверх под углом 75 градусов. Высота была всего 400 или 500 метров. И в этот самый момент отказали закрылки. Самолет штопором ушел вниз. От удара о землю кабина ушла на пять метров вглубь.

Нам тут пытаются объяснить, что это человеческий фактор, пилоты виноваты. Если самолет летит на большой высоте (от трех тысяч метров) и если закрылки открылись автоматически не в штатном режиме, то в таком случае у пилота есть время вручную перевести все в нормальное состояние. В тот день у пилотов не было такой возможности из-за малой высоты.

Такие случаи уже были, все об этом прекрасно знают. И в МАКе это знают. Они на днях потребовали остановки Боингов-737 на территории России. Официально у Росавиации потребовали. Но это деньги, огромные деньги. Вот почему у нас все так и происходит – от бедности. А такая катастрофа может произойти в любой момент.

— МАК в своих требованиях о приостановке эксплуатации Боингов говорил о той же неисправности?

— Да. Несколько лет тому назад Боинги-737 уже останавливали, но тут включились большие деньги. Самое страшное в том, что сейчас Росавиация отозвала огромное количество летных удостоверений. Все это случилось потому, что она выдачу этих удостоверений отдала на откуп в частные руки. Все стало бесконтрольно. А потом заявляют, что пилотские удостоверения у них украли. А почему они тогда их зарегистрировали, раз их украли? Вот отсюда ноги и растут.

— Выходит, что запрет МАКа на использование Боингов как раз появился из-за казанской авиакатастрофы?

— Мы с самого начала говорили, что отказала техника. Салихов – отличный пилот! Пять тысяч часов налета на этом Боинге. Самое главное, не он один заявлял о том, что закрылки открываются не в том режиме.

— Когда он это заявлял?

— В июле (2013 года – ред.).

— Если это была техническая неисправность, почему это до сих пор не доказали?

— Это деньги. Вы представляете, что будет, если 194 самолета сейчас «опустить»? Их же нужно отозвать из разных компаний, приземлить, осмотреть рулевое управление и устранить неполадки.

— А экспертизы проводились?

— Ничего у нас до сих пор нет. Экспертизы МАКа нет. Хотя, если они сейчас сами заявляют о необходимости отозвать эти самолеты, тогда экспертиза будет.

Нам через СМИ заявляют, что 18 лет для самолета — мало. Почему тогда американцы, французы, канадцы не летают на старых самолетах. К нам откуда самолеты в основном попадают? Из Африки и Южной Америки. На старых машинах у нас кто ездит? Те, у кого нет денег. Так же и с самолетами. В Европе через шесть-семь лет налета технику уже не используют и стараются отдать в лизинг в развивающиеся страны.

После случая с Боингом в Казани нужно было их все сразу приземлить. Безопасность людей должна быть прежде всего.

— МАК обещал в течение следующих двух недель предоставить заключение по казанской катастрофе. Как вы думаете, там будет сказано о технической ошибке?

— А что там еще может быть?

— В последнее время рассматривалось две версии: техническая неисправность и человеческий фактор.

— Не было никогда двух версий. Все пилоты всегда говорили: отказала техника. При таких обстоятельствах самолеты не падают. Даже если пилот руль отпустит, такого не случится. Почему МАК только сейчас возбудился по поводу этого? Для этого два года нужно было? А мы все это время летали на этих Боингах. Свалить все на пилотов – самое простое.

— Есть ли вероятность, что в заключении МАК все же будет причиной указана не техническая неисправность, а человеческий фактор?

— У нас все возможно. Но это — наступить на горло собственной песне . Если вы сначала сказали, что это неисправность всех Боингов, то какой смысл сейчас идти на попятную? У меня есть документы, которые подтверждают, что казанский случай связан с погрешностями этой модели самолета. У следствия не было этих бумаг, я им копии отдал. Там черным по белому написаны мнения пилотов, которые говорят о той же неисправности.

— Эти материалы приобщены к делу?

— Какие перспективы тогда?

-Я думаю, что о перспективах рассмотрения дела не знают даже в Москве.

— Движение в деле возможно только после получения заключения МАК?

— Проверок там еще хватит года на два. Потому что за прошедшие два года с момента катастрофы никто ничего не делал. Проводились только экспертизы по останкам погибших.

— Знаете ли вы, сколько людей сейчас проходят по этому уголовному делу?

— Нет. Знаю только о своем подзащитном. В следственном комитете сами не знают, что делать с этой историей. Если это техническая ошибка, то при чем здесь Портнов? Самое жуткое, что эта трагедия может в любой момент повториться. Сколько по всему миру этих Боингов летает? А если это завтра произойдет где-нибудь в Перми или Калининграде? Кто за это ответит? Тоже летный директор? Вот в чем дело. Это страшно.

Александр Коган. Принципиальный эколог с большой подмосковной дороги

Есть должности, для занятия которых крепкие нервы гораздо важнее, чем чистые руки или тем более наличие совести. В Подмосковье таковым неожиданно оказался пост министра экологии.

Удивительное это место – Московская область! Вот если бы вы, уважаемый читатель, составляли свой региональный кабинет министров, за какие бы портфели дрались ваши друзья? Внутренних дел, чтобы всем угрожать, социальной защиты, чтобы всех защищать. Строительство – в недалеком прошлом, да и наверняка в будущем это золотое дно! Финансы – чтобы сейчас отбирать деньги у строителей. Да хоть коммуникаций – чтобы коммуницировать к всеобщему удовольствию.

«Экология и природопользование» никому даже в голову бы не пришли. А между тем именно это министерство является сейчас фактически одним из ключевых в регионе. Без его санкции нельзя выдать разрешения на застройку, оно регулирует природоохранные зоны, в том числе переводит земли из статуса заказника в собственность Бачиных и Кобзаренко, в общем, обладает обширными правами и нулевой ответственностью. Точь-в-точь как взращенное Сергеем Шойгу МЧС с его жадными и некомпетентными пожарными инспекторами (здесь, кстати, уместно вспомнить, что губернатор Московской области Андрей Воробьев – преемник и ставленник Сергея Кужугетовича). Именно министерство Когана проводит государственную экологическую экспертизу для малых и даже больших федеральных проектов, всех строек и карьеров, полигонов и мусоросжигательных заводов. И с завидной регулярностью выдает положительные заключения для группы любимых предпринимателей. Объяснение этого феномена давно гуляет по чатам экологических активистов: они шутят что Александр Коган природопользование понимает буквально – и пользует, пользует…

В принципе, бизнесмен

Будущий министр экологии и природопользования Московской области Александр Коган, как и полагается подмосковному чиновнику, родился далеко от места приложения своих сил – в Орске Оренбургской области. 26 февраля 2019 года он будет праздновать свое 50-летие.

Корни успехов многих чиновников проистекают из удачно выпавшей семьи. Про родителей Когана известно мало: его родители Борис Зиновьевич и Альбина Павловна познакомились во время войны в детском доме; какие должности они занимали на момент рождения ребенка, непонятно. Но первые шаги степного волка не наводили на мысль о богатстве клана и его будущем величии – после школы он пошел в 46-е ПТУ Оренбурга, чтобы стать монтажником радиоэлектронной аппаратуры и приборов. А когда Александру стукнуло 18, его призвали в армию, в танковые войска. Далее был Оренбургский политехнический институт, факультет «Промышленная электроника».

Преобразования в стране выпустили на волю скрытые таланты Александра Борисовича, который при иных обстоятельствах, вероятно, всю жизнь проработал бы в каком-нибудь НИИ и подрабатывал торговлей запчастями для радиолюбителей. Но уже в 1992 году, то есть явно до окончания института, он поставил этот нехитрый бизнес на промышленную основу, организовав с друзьями фирму «КомИнКом»: «Мы скупали технику, которую, в принципе, списывали с завода: телевизоры, двухкассетные магнитофоны, доводили их до совершенства и потом занимались их обслуживанием» – говорил он об этом периоде своей жизни. Догадливый читатель легко поймет, что означает деликатная формулировка «в принципе, списывали».

В 1994 году Коган возглавил свою чудо-фирму и оставался на этом посту до 2003 года. За это время «КомИнКом» существенно расширил сферу своей деятельности, а ее руководитель и главный совладелец стал одним из самых богатых людей области. Уже в 1996 году 27-летнего Когана назвали «Человеком года города Оренбург» – какой год, такой и человек. Коган вообще любит мелкие награды – то он «Отличник образования», то «Почетный меценат», то еще кто-нибудь. Во всех биографиях написано, что «Александр Борисович является мастером спорта по вольной борьбе» – правда, никаких сведений о его спортивном пути нет. А ведь некоторые чиновники любят коллекционировать не только награды и степени, но и спортивные звания – так, однопартиец Когана, бывший пламенный адвокат-демократ Андрей Макаров насмешил шахматистов всей России, сделав себе звание международного мастера. Впрочем, не будем придирчивы – выглядит Коган куда спортивнее Макарова…

В принципе, депутат

Политической деятельностью Александр Борисович занимается с 1998 года – он становится депутатом сначала областного, а потом и городского парламентов. Обычная для тех гоп-времен практика: для защиты бизнеса предприниматели старались быть ближе к власти. Это не гарантировало защиту от бандитов в черных адидасах, но хотя бы помогало контролировать бандитов в синих рубашках. Причем чем шире бизнес – тем выше надо находиться, тем с большим количеством неприятных людей здороваться. А бизнес рос…

Оренбург до сих пор вспоминает «битву финансов» 2003 года, когда Коган решил вывести свою карьеру на федеральный уровень, но столкнулся в своем округе с местным комбикормовым корольком Виктором Пятницким. На кон были поставлены не только место в Госдуме, но и репутация в области! И наш герой одержал убедительную победу в этой «схватке жизни», одолев супостата со счетом 26:18 (в процентах от числа проголосовавших). Так он оказался в Москве, так он познакомился с Андреем Воробьевым.

Следующие восемь лет в жизни нашего героя скучны. Он отказался от управления любимым «КомИнКомом» и занялся строительством политической карьеры в той самой грызловской Думе , которая «не место для дискуссий». Получил второе высшее образование, защитил в Оренбурге диссертацию с туманным названием «Формирование стратегических приоритетов развития предприятий в регионе». Насколько нам известно, претензий к этому труду у ниспровергателей диссертаций не нашлось.

В Госдуме Когана бросили на недвижимость. Он работал по программе «Доступное и комфортное жилье – гражданам России» (провалена полностью), заседал в комитете по бюджету и налогам (чисто декоративная группа, все решения принимались в Минфине и Администрации президента). Создал инициативную группу «По защите граждан» и считает, что помог шестидесяти тысячам семей получить квартиры. В 2008 году вошел в Генеральный совет партии «Единая Россия», который покинул восемь лет спустя. Возглавлял в партии проект «Свой дом», посвященный малоэтажному жилью – впоследствии наработанные опыт и связи очень пригодятся ему при уничтожении подмосковных лесов, лугов, болот ради строительства коттеджных поселков.

Тяжелое полугодие

Но владельцев «в принципе» легального бизнеса, желающих получить депутатскую неприкосновенность, гораздо больше, чем мест в парламенте. И настала пора отцу двух дочерей (Екатерина 1990 г.р., мы о ней еще вспомним, и Мария 2000 г.р., у нее все впереди) уступить место новому поколению. В 2011 году Вячеслав Володин, друг и учитель коллеги Когана по областному правительству Натальи Виртуозовой, вновь включил нашего героя в предвыборный партийный список, но задвинул его аж на шестое место по Оренбургской области – его-то, «человека 1996 года»! Понятно, что губернатор Юрий Берг и мэр Оренбурга Юрий Мищеряков ни в какую Думу не собирались, так что с четвертым местом шанс занять одно из пяти кресел оставался. Но «Единая Россия», получив менее 35% процентов голосов, неожиданно осталась лишь с двумя путевками в Госдуму.

Так Александра Когана сбросили с политического олимпа не только России, но и Оренбуржья.

Однако номенклатура своих не бросает, особенно если эти свои послушны и умеют делиться. Коган получил временную синекуру – стал советником министра экономического развития России Эльвиры Набиуллиной. Не очень понятно, зачем ей нужен был радиотехник-строитель – не понял этого и преемник Эльвиры Сахипзадовны Андрей Белоусов, в мае 2012-го отказавшийся от услуг Когана.

В принципе, министр

И тогда опытного думца приютил в подмосковном правительстве губернатор Сергей Шойгу. Исполнительный оренбуржец получил пост главы специально созданного комитета по долевому жилищному строительству, ветхому и аварийному жилью в ранге министра.

Через год его комитет расформировали, а Коган стал руководителем, опять же, специально созданного главного управления Московской Области «Государственная жилищная инспекция Московской области» – вновь в ранге министра. Не слишком ли много структур наплодила Московская область для Когана?

Наконец, в апреле 2015 года Александр Борисович был сдвинут с жилищной инспекции на экологическую – и уже три года занимает пост министра экологии и природопользования Московской области.

«Мы с Александром Коганом работаем уже давно, он всегда направлялся на прорывные темы» – заявил губернатор Андрей Воробьев, назначая Александра Борисовича на его нынешний пост. Действительно, как и многие другие сотрудники правительства (например, оба вице-губернатора, Ильдар Габдрахманови Наталья Виртуозова), Коган познакомился с Воробьевым, когда тот возглавлял фракцию «Единой России» в Госдуме.

Подвиги оренбуржца

Декларации о доходах – не самая любимая игра чиновников, но участвовать в ней приходится. Что написать, а о чем умолчать – вопрос очень сложный. Последняя декларация Александра Когана, так сказать, общегосударственного значения датирована 2010 годом – тогда дважды депутат Госдумы заработал примерно 2 млн, а его жена – 17,8 млн (биографии российских чиновников-мужчин – хроника государственного альфонсизма). Впрочем, шустрая машинка Porsche Cayenne Александра Борисовича стоила, пожалуй, больше его легального годового дохода.

Хотелось бы, кстати, знать, указанный в декларации за 2016 год Porsche Cayenne – тот же самый, что и шестью годами ранее? Модель все-таки прошла за это время не один рестайлинг, как-то неудобно на старенькой призжать. Тем более что доходы позволяют – хотя в 2016-м Александр Коган заработал лишь 5,5 млн руб., его супруга внесла в семейный бюджет намного больше – 33,9 млн руб., почти по 100 тысяч рублей в день. Интересно, что супруги Коганы владеют разными домами: муж поменьше (238 метров, вам и такой никогда не построить), жена побольше (413 метров).

Так что на своем новом посту Александр Коган хуже жить не стал. В отличие от жителей Подмосковья под его заботливым руководством.

Приведем только небольшой перечень деяний, которые были бы невозможны без подписи Александра Когана:

Перевод уникальной подмосковной усадьбы «Архангельское» из статуса «памятника» в статус «достопримечательного места»;

Адвокат Коган о слонах и счастье

Своего первого слоненка — поделку из сандалового дерева — казанский адвокат Александр Коган купил лет двадцать назад на выставке в музее Горького. А сегодня в его уникальной коллекции четыре сотни фигурок этих больших, сильных и мудрых животных.

Большинство слонов в коллекции Александра Когана — это подарки. От родных, друзей, коллег-адвокатов и клиентов. Один, к примеру, прислал из пермской колонии фигурку слона из хлебного мякиша, вместо бивней — рыбные кости. Еще одна авторская работа — чугунный слоник художественного каслинского литья — датирована 1865 годом. Есть в коллекции и работы казанских мастеров, точнее мастериц — Елены Уваровой и Марии Паськовой, расписавших матрешки и пасхальные яйца в виде слонов.

— Как-то подарили слона, смотрю — хвост шатается, я попытался его приладить, нажал, а из головы пламя как пыхнет — оказалось, что это зажигалка, — рассказывает коллекционер. — Есть у меня слоны — подставки для вина, пепельницы, копилки, есть елочные игрушки, а есть слоны с секретом, их чаще везут из Египта и Эмиратов. Подозреваю, что это сделано специально, чтобы внутрь благовония насыпать.

«Впадаешь в детство, не наигрался», — подшучивает над ним жена, однако с удовольствием демонстрирует корреспондентам «ВК» последнее пополнение мужа — пару деревянных слонов в попонах из Англии. И вспоминает, что, пока большую часть коллекции не разместили в специальных прозрачных коробах, приходилось тяжеловато — попробуй смахни пыль с каждого. Кстати, благодаря своим слонам казанский адвокат заочно побывал во многих странах мира, а вот лично ни в Индии, ни в Африке не был: боится летать.

Фантазия художников и скульпторов не знает границ. В коллекции Александра Когана есть и 28-килограммовая фигура мамонта с глазами, как у человека, и пирамидка из трех слоников, застывших в позах знаменитых буддийских обезьянок. Один слон прикрывает рот, другой уши, третий — глаза. Самому коллекционеру больше нравится композиция из жизни, которая разместилась на углу стеллажа: один слон как бы свисает с полки, а другой тянет его за хобот из пропасти.

Животные эти обитают лишь в Азии и Африке, однако чтут их во всем мире и воспроизводят в стекле, камне, металле, да что под руку подвернется. К примеру, из Чехии Когану привезли три фигурки, над которыми сначала поработал человек, а затем природа. На ощупь эти фигурки чем-то напоминают замшу, однако на самом деле это покрытый тонким слоем минерала пластик. Знакомые адвоката ездили отдыхать в Карловы Вары к целебным источникам — в начале отпуска опустили пластмассовую фигурку в воду, а перед отъездом достали из нее новое произведение искусства.
— Вообще, до революции в России слоников можно было встретить во многих домах: стояли на фортепиано, на полочках — по семь штук, считалось, что это магическое число и слоны приносят счастье, — говорит Александр Коган.

— Ну и как, приносят?

— Вполне. Помните, даже Штирлиц со своей женой встречался в кафе «Элефант». Кстати, это в России магической считается цифра семь, но вот из многих стран по пять слонов везут, а из Франции — три.

— А выставлять коллекцию не планируете?
— Не знаю. Люди и на художественные-то выставки сейчас не ходят.

Особое место в коллекции занимает денежная купюра в миллион долларов. Зимбабве. Разумеется, со слонами. Этих животных можно встретить и на других дензнаках африканских республик. «Если у слона хобот вниз — это символизирует покорность, если вверх — боевой дух, в моей коллекции почему-то боевых больше, они больше художникам нравятся», — рассказывает владелец и вспоминает, что и в Казани когда-то был памятник слону в саду Эрмитаж — большой, с человеческий рост. Еще в 60-х годах стоял, а потом исчез.

Борис Рыбак, «Рыбак, Коган и партнеры»: «Самое громкое дело моей жизни – это дело «Васильевского людоеда»

Борис Рыбак начал работать адвокатом еще при Брежневе. За 42 года он провел более 2 тыс. дел, среди которых выделяются наиболее резонансные дела ОПГ «Тяп-ляп» и Ираклия Саввиди. В этом году Рыбак выиграл дело о «бесчеловечных условиях содержания» в казанской психиатрической больнице в Европейском суде по правам человека. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал о том, почему 70% жалоб россиян ЕСПЧ называет «неприемлемыми», о дружбе с Кафилем Амировым и Ильсуром Метшиным, а также о кризисе юридической школы.

«ЕГО БИЛИ, ПЕРЕВОДИЛИ НА СТРОГИЕ УСЛОВИЯ СОДЕРЖАНИЯ, ПРИМЕНЯЛИ ВЯЗКУ»

— Борис Семенович, в начале этого года вы выиграли дело по жалобе «на бесчеловечные и унижающие достоинство условия содержания» в казанской психиатрической больнице в Европейском суде по правам человека. Это ваш первый опыт обращения в ЕСПЧ?

­— В ЕСПЧ я обращался раза 3 — 4, но положительный результат — в первый раз.

ЕСПЧ постановил взыскать с России 27,5 тысяч евро в пользу семьи К.

­— Эти деньги перечислили.

­— Почему вы решили взяться за это дело?

­— Я брался не за это дело. Я взялся за дело, где его привлекали к уголовной ответственности по подозрению в покушении на сбыт наркотиков. Взялся за это дело и понеслось: в больнице одно нарушение за другим.

­— Какие права вашего клиента были нарушены?

­— Содержание в психиатрических больницах в России вообще никем не контролируется. Кроме врачей. Им отдано на откуп. Наша психиатрическая больница имени Бехтерева — это ужас. На человека в палате приходится 1,5 квадратных метра.

­— Прокуратура их не контролирует?

­— Прокуратура говорит, мол, а что мы можем сделать? Посудите сами, есть ли в этом логика: человек не подпадает под уголовный кодекс, потому что признан невменяемым, а правила внутреннего распорядка он должен соблюдать. За нарушение внутреннего распорядка его били, переводили на строгие условия содержания, применяли вязку.

Он ударил человека, и на следующий день его связали. Вязка применяется для того, чтобы предотвратить дальнейшую агрессию, а вязать на следующий день — это же мера наказания. С вязкой было непросто обосновать, в чем же нарушение. Причем врачи ссылаются на инструкцию, которая позволяет связывать буйных больных. Вроде бы тут все в рамках закона. Ан нет!

Мы нашли два документа: когда был вызван милиционер и когда применялась вязка. Милицию вызывали за сутки до этого! Мне позвонили из Москвы, из Фонда помощи психически больным. Ну, у нас этих фондов на все случаи жизни. Говорят, это был первый случай, когда удалось доказать незаконность применения вязки.

Вы знаете, что больше 70 процентов жалоб, поступающих из России в ЕСПЧ, оказываются непригодными?

Почему?

­— Потому что люди часто забывают, как называется суд. Это европейский суд по правам человека, а люди жалуются на решения судов. ЕСПЧ интересует, какая статья конвенции по правам человека или приложения к ней была нарушена.

Я сейчас пишу жалобу по поводу сноса самовольных построек. Законно их сносят или незаконно, Страсбург не интересует. По приложению конвенции №1, каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей частной собственности. Вот это главный тезис — людей лишили имущества. Вторая сторона — если люди приобрели зарегистрированное государством имущество, а его отбирают, наверное, человек вправе рассчитывать на компенсацию, так? Тишина. Кто будет им компенсировать потери, не только имущественные, но и репутационные?

Если у человека взяли и отобрали квартиру, это репутационные потери. У нас про них вообще ни слова не говорят, а Страсбургский суд это считает существенным. В одном из писем я прочел такую красивую фразу: «Заявительница испытала чувство отчаяния в связи с лишением ее имущества». Это в судебном решении написано. Вы можете себе представить слово «отчаяние» в решении российского суда? «Власти не сделали ничего, чтобы снизить ее тревожность перед лицом потери». Какая тонкость! Видите, какие они штуки пишут, совершенно непривычные ни для нашего мозга, ни для наших судов.

Как, по-вашему, Татарстан выглядит с точки зрения прав человека по сравнению с другими регионами России?

— У нас выработался своеобразный баланс: мы точно знаем, что можно и что нельзя. Мы знаем, против кого или чего можно возражать, а против кого или чего нельзя. Это не значит, что я кого-то боюсь, просто я знаю рамки, при которых можно быть в оппозиции.

Москва, например, более радикализирована. Здесь даже людей радикальных нет, я не считаю этих религиозных фанатиков. Посмотрите, даже в политике нет борьбы, ну, идет какая-то борьба, но ведь она такая — между личностями. Когда меня спрашивают: ну, как сейчас, лучше или хуже? Я отвечаю словами зицпредседателя Фунта из «Золотого теленка»: «Я сидел при Александре ІІ — освободителе, при Александре ІІІ — миротворце, при Николае ІІ — кровавом. При Керенском я тоже сидел». Вот и я так, начинал работать при Брежневе. Мало что меняется.

«НИКТО НЕ СОМНЕВАЛСЯ, ЧТО ЕЕ ПРИГОВОРЯТ К ВЫСШЕЙ МЕРЕ, А ОНА ПОЛУЧИЛА 15 ЛЕТ»

Кто ваши клиенты?

­—Жулики, убийцы, мошенники и их родственники. Ну что вы! Кто угодно, у кого есть деньги. Но я не любое дело возьму за деньги. Есть дела, которые. лучше голодным сидеть.

Ну, вот этот, который в Дербышках всю семью грохнул. Вот сколько бы мне ни предложили, я бы не взялся. По двум причинам. Во-первых, противно, а во-вторых, что там делать? Предсказуемый результат. Мне интересно, когда в деле есть какой-то оборотик, который можно использовать, с помощью которого можно что-то отторговать, пусть дело закончится неблестяще, но все, что можно выжать.

Какие громкие дела в вашем послужном списке?

­— ­­Я работаю 42 года, в год провожу примерно 50 дел. Получается, всего было 2 тысячи с лишним дел. Громкие дела — это не всегда значительные для меня дела. Иногда негромкое дело для меня как для адвоката, как для человека значит гораздо больше, чем успех в публичном деле. Вот скажите, дело Евгении Васильевой — громкое?

­— Громкое.

­— А по сути-то оно ерунда. Таких дел миллион сто тысяч в год рассматривается во всех судах.

Но тут замешаны известные люди.

­— Во! А само-то дело — ерунда, рядовое мошенничество. А для меня интересным было, например, дело о психиатрической клинике.

­Самое громкое дело моей жизни — это дело «Васильевского людоеда», я защищал сожительницу Суклетина. Результат был достаточно успешным для моей подзащитной: никто не сомневался, что ее приговорят к высшей мере, а она получила 15 лет.

Все были уверены, что мою подзащитную приговорят к смерти, кроме меня. И в суд приходили всякие офицеры, эти кабинетные работники, КГБ, МВД, благо рядом, в изоляторе, шел процесс. Они даже поспорили со мной на коньяк, что будет расстрел, и прокурор просил высшую меру наказания. Я говорю: нет, не будет. В своей речи я всего-навсего сказал, что своими руками она не лишила жизни ни одного человека. Она их приводила, она потом помогала, но в лишении жизни она никакого участия не принимала. Она даже не видела этого, хотя была рядом. Вот этого аргумента оказалось достаточно, чтобы сохранить ей жизнь.

Потом после суда эти ребята говорят: это же на поверхности. Я говорю: вот здорово! На поверхности, а никто не увидел. Я знаете, как переживал, когда влип с этой сожительницей людоеда.

­— А зачем вы взялись за это дело? Вам его назначили?

­— Ко мне пришла ее сестра, садится, говорит, я хочу, чтобы вы провели наше дело. Я спрашиваю, что им вменяется. Она говорит, что сначала было пособничество в убийстве, а сейчас соучастие. Ну, думаю, нормально, само следствие сомневается. Говорю, хорошо, а я куда-то торопился, идите к секретарю, вносите деньги. А сам пошел одеваться. И вдруг она называет фамилию. А фамилию эту я уже слышал, я говорю: это то дело? Стал отказываться. Тут сидит заведующий и говорит: никуда вы, Борис Семенович, не денетесь. Она уже третий день вас здесь ожидает, я с ней разговаривал, и следил за разговором, чтобы вовремя его перехватить. Будете ее защищать, и все.

Когда ознакомился с делом, думаю, что тут можно искать? 6 трупов на ее совести, как же ее не расстрелять? Ей, твари, и жить-то не стоит. И потом нашел вот это, которое лежало на поверхности, которое никто не увидел.

«Я БЫЛ ЧЕЛОВЕКОМ, БЛАГОДАРЯ КОТОРОМУ ВНЕСЛИ ИЗМЕНЕНИЯ В УПК»

А! Еще я был человеком, благодаря которому внесли изменения в УПК. Несколько лет назад звонит мне Александр Коган и говорит: на моего клиента Ираклия Саввиди возбудили уголовное дело, его хотят допросить и предъявить обвинение, придумай, как это можно сделать, если он в Греции. На территории Греции, как и в любой другой стране, наши следователи не имеют права проводить следственные действия, а Саввиди не дурак, в Россию не приедет. Обвиняли его всего-навсего в организации убийства.

Я начал думать. Через полчаса придумал. Позвонил ему и говорю: слушай, бред полный, но я придумал.

­— По телефону?

­— По Skype. Коган говорит: слушай, нет ни одного формального препятствия для того, чтобы это сделать. На следующий день он мне звонит и говорит, что в следственном комитете сначала ржали, говорят, пойдем, расскажем начальству, пусть и они посмеются. Потом ему позвонили и сказали: Александр Евсеевич, а препятствий-то действительно нет. Сейчас такая возможность предусмотрена УПК, но фактически первый такой допрос был придуман мной.

Тогда я вместе с Падвой полетел в Салоники, на этом настояли клиенты. Причем Генрих Павлович час не мог понять, зачем это нужно, ехать вдвоем. Я говорю: ну, как? Греки у нас понтийские, а «понты» у них греческие.

«СУДЬЯ ЛАТЫПОВ, ПРОКУРОР ЛАТЫПОВ, ОДНА ИЗ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ ЛАТЫПОВА — И ДВОЕ НА СКАМЬЕ ПОДСУДИМЫХ ЛАТЫПОВЫ»

А свое первое дело помните?

­— Я его получил вопреки всяким правилам. Это было большое дело о хищении с Буинской махорочной фабрики, там было больше 20 обвиняемых. Я еще был стажером, прошел 3 или 4 месяца стажировки, и меня отправили на это дело. Как? Я стажер, я даже не адвокат. Ты справишься. Я ни одного дела даже здесь, в Бауманском суде, не провел. Ты справишься. Я говорю, права не имеете. С судьей договоримся. Так я на три месяца попал в большой процесс. Где был судья Латыпов, прокурор Латыпов, одна из заседателей Латыпова — и двое на скамье подсудимых Латыповы.

­— Однофамильцы?

­— Да, однофамильцы. Я сразу попал в большой процесс, это мне так пригодилось. За три месяца я прекрасно выучил всю судебную процедуру. Троим моим клиентам дали по 6 лет условно и взыскали с каждого за участие адвоката по 600 рублей, а я не был адвокатом. У меня, стажера, была зарплата 85 рублей. И я кроме этих 85 рублей ничего не мог получить. Клиенты моих коллег получили лишение свободы, у них денег нет. Один коллега говорит: Борь, ну ты смотри, кому деньги не нужны, тому заплатили, а нам — нет. Это же были огромные деньги — 1 тысяча 800 рублей. Выплатили мне премию 150 рублей. Здорово же, премия 150 рублей при зарплате 85.

«В 90-Е ГОДЫ РАБОТА АДВОКАТА ПРЕВРАТИЛАСЬ В РАБОТУ ПОЧТАЛЬОНА»

— В 90-е вы в Татарстане открыли филиал московской фирмы «Клишин и партнеры», зачем вам это понадобилось?

— В 90-е годы работа адвоката превратилась в работу почтальона: надо было здесь взять, там отдать, что мне совершенно не нравилось. Дошло до примитива. Например, я помню, когда ко мне пришли люди, сказали, что готовы заплатить сколько угодно, там уже обо всем договорились, но надо, чтобы вы были в суде. Вот получаешь удовольствие от такой работы, сколько бы за нее не платили? Поэтому я открыл здесь филиал «Клишин и партнеры», они в основном работали с юрлицами.

«Клишин и партнеры» обслуживали какие-то потанинские дела, Клишин — это школьный друг Потанина, у них тут были определенные интересы, и я их представлял. Их интересовали Татарстан, Чувашия и Марий Эл. В основном в Чувашии были проблемы, и я работал там один. Потом нас стало двое, трое, четверо. Это были достаточно однообразные дела, полуаферистические, но в рамках закона.

Там у меня был самый большой гонорар за все время работы — 35 тысяч долларов. Я вел спор за собственность над сверхглубокой нефтедобывающей скважиной в Саратовской области, глубиной 6 километров, таких вообще штуки. Когда я выходил на пенсию, у меня спрашивали, в каком году была самая большая зарплата. Я говорю, по-моему, в 2001-м. Она открыла, и такая «Ух!» Я другого и смотреть не буду. Если вашу зарплату на пять лет размазать, хватит на максимум пенсии. И дали мне по максимуму, аж 3,5 тысячи рублей. Да и бог с ним, тогда такие пенсии были.

­— Чей это был спор?

­— Между заказчиком скважины, каким-то подразделением «Лукойла», и подрядчиком, который выполнял работы. Этот спор был решен так, что стоимость взысканных денег соответствовала стоимости этой скважины: кто выиграет, тот и хозяин скважины. Сумма иска составляла 7 миллионов долларов.

«С АМИРОВЫМ МЫ ЗНАКОМЫ С ПЕРВОГО ДНЯ ЕГО ПРЕБЫВАНИЯ В КАЗАНИ»

В 90-е вы защищали Сергея Антипова по делу об ОПГ «Тяп-ляп».

­— Да, за этим делом следил весь город. Антипова не удалось привлечь, потому что у него было абсолютное алиби: он просидел в аэропорту Нижнекамска весь день, не было вылетов. А теперь к моей внучке иногда приходит его внук, они каким-то образом знакомы. То, что тогда было громко, сейчас вообще никак. Еще я защищал Тагира Набиевича, начальника треста столовых и ресторанов города Казани. Это было громкое дело, его знал в лицо каждый поваренок. А сейчас что это? Кстати, это было последнее дело, которое вел Кафиль Амиров в качестве следователя. Его уже назначили прокурором Вахитовского района, но это дело он никому не отдал и, будучи прокурором, заканчивал дело как следователь. Мы с Амировым вообще знакомы с первого дня его пребывания в Казани.

­— Как вы можете охарактеризовать Кафиля Амирова? Какие истории вам запомнились?

­— С Амировым дружил Лева Овруцкий, и он часто меня к нему притаскивал в качестве личного консультанта. Кстати говоря, когда первые дома стали сносить, мы с Овруцким ходили к Амирову по просьбе людей, и Амиров сказал, что сносов не будет. Решения будут, а сносов не будет.

Амиров был хорошим прокурором?

­— Он был достойным прокурором.

­— А Ильдус Нафиков?

­— Я его не знаю, не могу судить.

­— Как долго вы дружили с Львом Овруцким?

­— Мы с ним дружили с 1968 года.

­— Несколько лет назад вы с Львом Овруцким судились с Центризбиркомом об отмене результатов выборов из-за неправильной нарезки избирательных округов и выиграли дело. Какой тогда была ваша мотивация? ­

— Никто не мог понять, за что мы судимся. Мотивация была обыкновенная — навести порядок. Все говорили: потребуйте роспуск Госсовета Татарстана. Даже в Москве, когда мы приехали в Верховный суд России, прокурор говорит, вы же разгоняете Госсовет. У нас не было такой цели.

Овруцкий же вообще интересный, недаром он почти дружил с Шаймиевым. С ним общаться — одно удовольствие, умнеешь прямо у себя на глазах. Расскажу случай из истории.

Он тогда преподавал в школе, только женился. И вдруг заинтересовала его работа по борьбе с алкоголизмом. Встречаю как-то его на Баумана, он говорит: пойдем ко мне, посидим. Я говорю: Лев, ты же не пьешь. А он год не пил. По какому-то стечению обстоятельств, он жил в комнате, где до женитьбы жил я. В этой же самой комнате, в начале Баумана, рядом с церковью, в этом же домике. Пришли, он достал бутылочку водки, сделал бутерброды из кильки с яйцом — черный хлеб, масло, килечка, голову надо оторвать на всякий случай, и колечко яйца. Мы с ним выпили. Он рассказал, что написал работу про алкоголизм и послал ее в ЦК КПСС. Вдруг однажды во время урока заходит в класс директор и говорит: Лев Мирович, вас к телефону, из обкома. Его пригласили в обком. Лева говорит, что не знает, как дожил до этого часа. Что там ждет — расстрел, арест, медаль? Хорошего не ждали, конечно, а вдруг? (смеетсяприм. авт.)

Овруцкий пошел туда, и представитель обкома сообщает, что работу прочли и вам велели передать большое спасибо. Встал, обошел вокруг стола, пожал ему руку, вернулся, сел. Лева говорит: а для чего я работал? Чтобы мне руку пожали? Но через некоторое время в Советском Союзе началась борьба с пьянством. Левина статья подвинула весь Советский Союз к этой борьбе. Это была первая подвижка — при Брежневе. При Горбачеве все усилили, усугубили и превратили в клоунаду.

«КОГДА КОНТОРА НАЗЫВАЛАСЬ «РЫБАК И ПАРТНЕРЫ», ЛЮДИ ПОНИМАЛИ ЭТО НЕ СОВСЕМ ВЕРНО — ПРИХОДИЛИ К НАМ ЗА УДОЧКАМИ, ЗА СЕТЯМИ»

­ ­— Как вы оцениваете рынок юридических услуг в Татарстане?

­— Он пестрый, полно халтурщиков и среди адвокатов, и среди тех, кто с доверенностями бегает. Значительная часть из них — натуральные мошенники, не имеющие даже высшего образования. Хороших адвокатов на Казань человек 30, не больше. Это те адвокаты, кому я могу доверить дело людей, которые ко мне обратились.

­— А если говорить про компании?

­— Юридические компании работают с юридическими лицами, там, где большой объем работы. «Рыбак, Коган и партнеры» — это просто собрание людей по профессии. У адвоката индивидуальная работа, адвокат заключает персональное соглашение. Даже если я в компании «Рыбак, Коган и партнеры», клиент заключает соглашение лично со мной, а не с юрлицом. У нас персональная ответственность перед клиентом.

Сколько у вас всего членов?

­— Как они попали в вашу команду?

­— Сначала я работал в бауманской консультации, лет через 20 мне стало тошно в этом большом коллективе и я решил открыть свой филиальчик. Набрал 9 человек и отделился. Молодежь подросла и пошла своей дорогой. После реформы адвокатуры я организовал коллегию адвокатов. Она называлась «Рыбак и партнеры», люди понимали это не совсем верно — приходили к нам за удочками, за сетями. Лет 6 назад к нам присоединился мой приятель Александр Коган. Когда появилась вторая фамилия, стало лучше.

Когда вы создавали компанию «Рыбак, Коган и партнеры»? Отсчитывать от того момента, когда к вам присоединился Коган?

­— Нет, компания эта существовала, как вышел закон об адвокатуре в 2002 году. В 2009 году изменилось название.

Нельзя говорить о том, что у вас есть какой-то оборот, что вы платите людям зарплату? Они все работают за гонорар?

­— За гонорар. Заключается персональное соглашение, поступают деньги на счет, часть из них отчисляется на общие нужны (аренду, бухгалтера), часть идет на отчисления в палату, часть — в пенсионный фонд. Остальное за минусом подоходного налога — гонорар.

Сколько зарабатывают ваши адвокаты?

­— Сколько заработают. Молодые адвокаты зарабатывают 15 — 20 тысяч рублей, опытные — за 100 тысяч рублей. Это зависит от количества дел и суммы гонорара.

­— Прайса у вас нет?

­— Нет. Все зависит от клиента. Этот Новый год, например, я начал с того, что 2 и 3 января провел на следствии и в суде. Как вы думаете, за нормальный гонорар я бы взялся за это? Конечно, он был очень большой. Когда позвонили, я сказал: ну зачем мне это нужно, портить себе праздники. Мне привели мотив. Думаю, ну, эта аргументация убеждает.

Какой же гонорар заставил вас работать в новогодние праздники?

— Не скажу. А вообще ­у нас то пусто, то густо. Даже у опытных адвокатов. Январь — это нуль. Единственное исключение было в этом году, а так в январе хоть на работу не ходи. Все остальные месяцы — сезон. Декабрь — это супер сезон, хоть разорвись: конец года, отчеты, все хотят закрыть дела.

Какой у вас средний чек?

­— Это очень индивидуально. Судебный день стоит от 5 тысяч рублей. Это немного. У моего друга, московского адвоката, такса 900 долларов в час. В Казани в одной коллегии, которая имеет дело с большими делами, час стоит 300 долларов.

Придет старушка — я 5 тысяч рублей с нее возьму, придет богатый папенька — другая цена. Я считаю, что это справедливо: богатенький мне компенсирует то, что я недополучил с этой старушки.

«СЕЙЧАС Я СПЕКУЛИРУЮ СВОИМ ИМЕНЕМ, ТОРГУЮ»

Каким был суммарный гонорар всех членов коллегии по итогам 2013 года?

­— Это адвокатская тайна. Другие адвокаты не должны знать, сколько мне заплатили, хотя это очень любопытно.

­— О соотношении выигранных и проигранных дел можно говорить?

­— У нас не футбол и не шахматы. Вот скажите: результат по делу Суклетина — это выигрыш или проигрыш? Подзащитная получила 15 лет. Я не люблю этой терминологии — «выиграл», «проиграл». Дел, которыми я доволен, больше.

­— Из 10 человек, которые к вам приходят, за сколько дел вы беретесь?

­— Может, за одно из 10. Жизнь адвоката делится на две части: когда он работает на имя и когда имя работает на него. Сейчас я спекулирую своим именем, торгую, стараюсь себя не перегружать. Да, были времена, когда дым из-под пяток шел. Денег, которые я сейчас зарабатываю, мне вполне достаточно, чтобы три раза в год выезжать за границу.

­— Где вы были в этом году?

­— Гоа, Греция, сейчас поеду в Италию, посмотреть Венецию и Рим.

«КАЗАНСКАЯ ШКОЛА У НАС ОДНА — УНИВЕРСИТЕТ, ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ — ЭТО ДЕТСКИЕ САДИКИ»

На чем специализируются адвокаты компании «Рыбак, Коган и партнеры»?

­— У каждого есть своя сфера компетенции. У меня работает Алла Бейзер. Она, по-моему, ни одного уголовного дела больше чем за 10 лет не провела. Коган ни одного гражданского дела не провел за 20 лет работы.

Я начинал работать в 1972 году, в то время адвокатов принудительно заставляли вести гражданские дела. Они плохо оплачивались, никто не хотел их брать, один день уголовного дела стоил 25 рублей, а гражданского — 15. А душу из тебя вынут за это гражданское дело на все 100. Их никто не хотел вести, нас обязывали. Поэтому я знал не только уголовное право и процессы, но и гражданское право, имел некоторый опыт работы в арбитраже, работы с юридическими лицами. А молодежи вообще приходится подбирать все, что дают.

­— Молодежь у вас тоже есть? Как вы оцениваете казанскую школу?

­— Да, есть. А казанская школа у нас одна — университет, все остальное — это детские садики. Я с удивлением узнал о том, что в ТИСБИ курс гражданского процесса почти не читается, а это база. Материальное право можно выучить, а гражданский процесс — это процедура ведения дела. Как можно получить диплом о высшем образовании, не зная гражданского процесса? Это самый сложный кодекс — гражданско-процессуальный.

Казанскую школу в свое время выхолостили. В 1975-м году я сажусь в поезд Казань — Москва, купе СВ на двоих, и мой сосед — это Борис Степанович Волков, доктор наук, заведующий кафедрой уголовного права, умнейший человек. Говорит, я переезжаю в Москву, меня пригласили в академию МВД. Его выжили просто. Я говорю: а что вообще происходит? Он сказал, что происходит девальвация: девальвация образования, девальвация науки, девальвация знаний. Тогда диссертации стали защищать все: председатель Верховного суда — диссертация, прокурор — диссертация, секретарь обкома — диссертация. Этого не было до 70-х годов. Я после этого разговора поинтересовался: прокуратура, например, защищалась по закрытой тематике, то есть реферат невозможно прочитать, надо оформлять допуск. Сейчас, через 40 лет, к чему это привело? К тому, что ученая степень стала просто разменной бумажкой. А началось все тогда.

— А наука?

— Какая наука? Жуют вчерашний день. Наука должна обсуждать какие-то перспективы. Как-то вечером я проходил мимо главного здания КГУ, стоит публика, одета хорошо, но речь очень странная: мат, смешанный с татарским языком. На ступеньках университета.

«КУДА ЕЩЕ? ТРЕХ АДВОКАТОВ НА СЕМЬЮ ХВАТИТ»

Недавно вы выступили в роли защитника собственников дома по ул. Гривской, 52а, где истцом был исполком Казани. Как-то влияет на такие дела тот факт, что Ильсур Метшин учился в одной группе с вашей дочерью?

­— Никакой. Я с Метшиным встречаюсь, и они дружат, у них приятельские отношения, но никакой роли в делах это не играет. Работа отдельно — друзья отдельно. Если не хотите потерять друзей, не говорите с ними о работе.

Однажды мы проводили новогодний корпоратив в ресторане «Танго», несколько раз к нам приходили охранники и говорили, что в соседнем зале Метшин с Асгатом Сафаровым, мол, тише тут. Почему тише? У нас праздник. Потом вдруг заходит Метшин и произносит спич: поздравляю всех адвокатов, а особенно Бориса Семеновича Рыбака, с Новым годом. Если бы я был хорошим студентом, хорошо учился, я бы стал хорошим адвокатом и сидел бы с вами на этом празднике. А я учился плохо, оставался на второй год, уходил в армию, едва-едва закончил, теперь маюсь на хозяйственной работе.

­— Обе ваши дочери пошли в адвокаты?

— Нет, вторая не захотела. Сказала, куда еще? Трех адвокатов на семью хватит.

­— Когда Инна Борисовна захотела быть адвокатом, вы ее не отговаривали от этого?

­— У нее не было желания идти на другую работу. Когда в начале ее жизненного пути заходила речь о том, чтобы перейти на какую-то другую работу, она не соглашалась. Нотариусом? Нет. Судьей работать с 9 утра до 6 вечера? Нет. Но тут я ее понимаю, я бы тоже не мог ходить на работу с 9 до 6, есть у тебя дела или нет. В качестве преподавателя она пробовала работать, но ей очень не понравились ни обстановка в аудиториях, где студенты, ни обстановка на кафедре, где пауки в банке собираются.

­— А фамилию она не стала менять, потому что Рыбак — это бренд?

­— Ну, наверно. У меня внучка хотела двойную фамилию, а потом перехотела. Это бы имело смысл, если бы она осталась в Казани, а она уехала в Москву, там этот бренд — ничего.

­— У вас династия адвокатов?

­— Да, у меня отец был адвокатом, правда, в Пятигорске.

«МЕДАЛЬ ЗА ЛЮБОВЬ И ВЕРНОСТЬ Я ПОЛУЧИЛ ПО БЛАТУ»

­— Как переключаетесь с работы на отдых?

­— Я как в том анекдоте. А как ты расслабляешься? Да я не слишком напрягаюсь. Я легко переключаюсь. Одно другому не мешает. Я могу смотреть фильм по телевизору и писать документ. Мне это не мешает работать и отдыхать одновременно. Любой дурак может мне позвонить вечером в пятницу, когда я сижу на каком-нибудь застолье, чтобы что-нибудь спросить. Я отвечу, меня это не раздражает. А устаю от безделья. Знаете, от какого безделья? Не от лежания на диване. А когда приходишь на процесс и ничего не делаешь. Утомляет ужасно.

­— В 2012 году ваша семья получила медаль за любовь и верность. Как вы оцениваете это событие?

­— Можете написать, что это произошло по блату. Директор загса Альбина Шавалеева несколько лет работала у меня адвокатом, потом ей предложили госслужбу в правовом управлении исполкома. Потом она стала директором Дворца бракосочетания на улице Мусы Джалиля. И когда у нас было 43 года совместной жизни, вручила нам медаль. Сказала, что среди ее знакомых только я соответствовал. Я очень гордился этим, пригласил всех знакомых.

­— Назовите три секрета успешного бизнеса.

­— Не доверять никому абсолютно. То есть всегда надо оставлять немножечко сомнений в любом вопросе, а вдруг это все-таки окажется неправдой. А с другой стороны, доверять. Третье — заботиться о том, чтобы вам было хорошо. Это очень важно — любить себя. Я вот очень себя люблю. Для того, чтобы мне было комфортно, я стараюсь создавать комфортную обстановку и тем людям, которые со мной живут, и тем, которые со мной работают, и тем людям, с которыми я просто в общественном транспорте еду. Не из любви к ним, а из любви к себе. Потому что когда к людям добро относишься, и они как-то тебе не очень мешают.

А вообще, я бы хотел, чтобы улицу Карла Маркса переименовали в улицу Аксенова. Во-первых, он жил в этом районе, во-вторых, это большая улица, в-третьих, это единственный всемирно известный казанский писатель. В-четвертых, у нас весь центр в писателях: Пушкина, Толстого, Гоголя, Жуковского. Это как бы такая традиция.

Какое отношение Карл Маркс имеет к Казани? Никакого. Это было бы новым брендом для Казани, если бы одна из центральных улиц была названа именем большого русского писателя. Чем не мотивация? Нет, я, конечно, понимаю, что можно какую-нибудь Тыловую или Военно-полевую улицу переименовать, но где она находится? Скажут дорого. А другие улицы переименовывать не дорого? Переименовывают же втихаря. Идешь по улице, смотришь, табличка, что за улица? Была улица Сакко и Ванцетти, стала улица Рустема Яхина. Чем помешали Сакко и Ванцетти? Многим надо было объяснять, кто такие Сакко и Ванцетти, теперь надо объяснять, кто такой Рустем Яхин. А Василий Аксенов — это звезда.

Коллегия адвокатов «Рыбак, Коган и партнеры»

Сфера деятельности: право.

Количество сотрудников — 14

Учредители на основе членства.

Борис Рыбак

Дата и место рождения: 1 июля 1948, Казань.

Образование: Казанский государственный университет, юридический факультет.

Смотрите еще:

  • Ордер адвоката пример заполнения Ордер адвоката пример заполнения Затверджено рішенням Ради адвокатів України від «17» грудня 2012 року No36із змінами і доповненнями, внесеними рішенням Ради адвокатів України No79 від 16 лютого 2013 […]
  • Дополнительное соглашение о предоставлении субсидии Проект Приказа Министерства транспорта РФ "Об утверждении формы Соглашения о предоставлении субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на строительство и реконструкцию […]
  • Сколько стоит оформление при продаже квартиры Кто должен оплачивать услугу нотариуса при оформлении договора купли-продажи жилой недвижимости в 2017 году Продавец и покупатель оплачивают нотариусу процент от стоимости жилья и услугу по внесению данных в […]
  • Юрист ольга петровна Палей Ольга Петровна Юрист , 17 000 грн Вік: 30 років Місто: Ірпінь Готовий до переїзду в: Київ Контактна інформація Шукач вказав телефон та ел. пошту. Щоб відкрити контакти, увійдіть як роботодавець або […]
  • Воинская часть 34667 в алакуртти мурманская область Мамы солдат Заполярья Меню навигации Пользовательские ссылки Информация о пользователе Вы здесь » Мамы солдат Заполярья » Печенга 200-я ОМСБр - Алакуртти 80-я ОМСБр » ПОЛЕЗНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПО В/Ч 34667, […]
  • Книга для будущих юристов Литература для будущего юриста Обратите внимание! Все книги, представленные в этом разделе, открываются в отдельном окне интернет-версии спецвыпуска "ГАРАНТ-Образование". Подробнее о "ГАРАНТ-Образовании". […]
  • Оформить договор купли продажи автомобиля в туле joomla шаблоны Переоформление авто 24 часа 7 дней в неделю В нашей компании с документами работают только специалисты. Страхование ОСАГО и КАСКО Страхование автогражданской ответственности […]
  • Расторжение договора аренды земельного участка с множественностью лиц Апелляционное определение СК по гражданским делам Курского областного суда от 17 сентября 2013 г. по делу N 33-2216-2013 (ключевые темы: множественность лиц - расторжение договора - договор аренды земельного […]